ЕВРЕЙСКАЯ СТАРИНА

Пожалуй, самыми интересными текстами, с которыми постоянно встречается исследователь-библиограф, могут оказаться небольшие маргинальные записи, оставленные «кем-то» и «когда-то».

[Дебют]Екатерина Белкина

РЕПЕРТУАР И ПАЛЕОГРАФИЯ ВЛАДЕЛЬЧЕСКИХ ЗАПИСЕЙ МАНУИЛА (МЕНАХЕМА) СОЛОВЬЯ

Настоящая статья является продолжением серии статей о личности, трудах и наследии выдающегося врача и талмудиста Мануила (Менахема) Соловья (1898–1985).  В одной из предыдущих статей достаточно подробно рассказывалось о его жизненных вехах и воспоминаниях, и поэтому мы не будем останавливаться здесь на биографии нашего героя. Упомянутая статья озаглавлена «Мои еврейские “университеты”.  Из архива врача и талмудиста Мануила Соловья» авторства Е. Левина и Б. Зайчика и опубликована в №11-12(249) «Заметок по еврейской истории».

Настоящая статья представляет собой результат небольшого исследования текстов М. Соловья, оставленных им на полях книг из личной библиотеки. В работе мы будем обращаться к герою его еврейским именем, Менахем, так как, во-первых, заметки в книгах были написаны им на иврите, а, во-вторых, свои религиозные труды он подписывал именно как «Менахем Соловей», и это имя стал широко известно в еврейских религиозных  кругах. 

***

Пожалуй, самыми интересными текстами, с которыми постоянно встречается исследователь-библиограф, могут оказаться небольшие маргинальные записи, оставленные «кем-то» и «когда-то». Например, обнаружение в одной из рукописей подписи Маймонида вызвало фурор в научной среде. Но такие уникальные маргиналии редкость, а потому и становятся открытием. Сложность работы с подобными текстами выражается в их фрагментарности и практически полной невозможности соотнести их друг с другом. К тому же, совершенно неясно, что именно автор или же владелец книги решит написать на полях. На сегодняшний день нам недоступны статистические данные о репертуаре маргиналий. Спекулятивно можно предположить, что они в большинстве случаев связаны с текстами тех книг, в которых встречаются. Однако, наличие биографических или иных комментариев на полях обнаруживаются отнюдь не редко. Если мы говорим о частной библиотеке, то письменные указания на принадлежность книги к этому собранию, своеобразные «экслибрисы», будут появляться из тома в том. Если же перед нами книга ученого или исследователя, то набор его записей может представлять собой самостоятельный комментарий к опубликованному тексту, новый научный труд. Все эти материалы можно назвать «владельческими записями» — вот только сама личность владельца нередко остается загадкой. 

Материалом для настоящей статьи служат маргиналии одного человека, Менахема  Соловья, так как в семье сохранились принадлежащие ему книги. Это уникальная возможность проследить репертуар записей в единой коллекции. Они восходят в большинстве своем к первой четверти ХХ века. Нас интересовали только записи на иврите, поэтому маргиналии на языке идиш могут стать основой для самостоятельного исследования. Статья будет разделена на несколько частей, каждая будет отделена римскими цифрами. В итоге должен получиться набор или репертуар тех владельческих записей, которые оставил после себя наш герой.

1. Все пометы в книгах Менахема Соловья можно разделить на его личные, владельческие, и старые, предшествовавшие ему, записи. Таких помет мало, они указывают на старых владельцев, поэтому часто закрашены. Сами же «экслибрисные» записи М. Соловья встретились в следующих книгах: №1 «Пиркей де-рабби Элиэзер» («Речения р. Элиэзера»), №2 «Шемот» («Книга Исхода»), №3 «Мишна Брура» («Ясное учение») и №4 «Оцар ха-Хаим» («Сокровище жизни»). Надо отметить, что всего нам было доступно 25 книг с маргиналиями, поэтому четыре из 25 – это почти 20% всех записей.

Записи в книгах «Пиркей де-рабби Элиэзер» (№1 в статье) и «Оцар ха-Хаим» (№4 в статье).

Обращает на себя внимание, что в отличие от настоящего экслибриса любая владельческая надпись может иметь вариации. На илл. 1 в первом случае (№1, сверху) сразу бросается в глаза длина текста, т.е. более подробная биографическая ссылка: «Из книг Менахема, сына рабби Азриэля Гершона, д-ра Соловья – Москва». Во втором же случае (№4, снизу) текст написан визуально более аккуратно и лаконично: «Д-р Менахем, сын Гершона, Соловей». Любопытно было бы узнать, какая из записей была сделана раньше, а какая позже – это могло бы подсказать, почему записи такие разные. В первой маргиналии есть полный патроним «Азриэль Гершон» (ивр. עזריאל גרשון), однако тут видно, как буква реш во втором слове была случайно пропущена и вставлена отдельно внутрь имени позже. Аббревиатура «сын рабби» бет-реш соединена лигатурно, эта линия прописана и видна, поэтому мы можем заключить, что перед нами обычный, «ежедневный», почерк М. Соловья для текстов в еврейской графике. (Это же подтверждает и написание слов «из книг» (ивр. מספרי), в котором только мем и самех написаны без соединения.) Такая же лигатура встречается в соединении букв далет и реш для указания слова «доктор». Она же повторяется и в записи в книге №4. При этом даже наличие последней лигатуры не мешает нам сказать, что вторая запись сделана более изящно, с меньшей курсивностью. Она, если можно так выразиться, более «статусная»: сначала читателю сообщается «титул» (доктор), потом имя, отчество и фамилия в их принятой в русскоязычной среде последовательности. Резюмируя, можно предположить, что в первой записи нам сообщают о том, что доктор Соловей в Москве (!) собирает коллекцию книг (во множественном числе), а   вторая запись сообщает что перед нами одна из книг профессионала, который не нуждается в дополнительном представлении, просто «доктора Соловья». 

1. К категории биографических данных можно отнести пометы в книгах, в которых указаны события личного и/или семейного характера. Такие записи обнаружены в книгах №5 «Молитвенник МИР», №6 «Мишна Брура» и №7 «Микраэй Кодеш» («Комментарий на Священные тексты»). Например, часто можно встретить на полях йорцайты — памятные даты, по которым далее отмечаются годовщины смерти. Так, на обратной стороне титульного листа книги №7 есть йорцайт отца Менахема Соловья. Из него мы узнаем полное имя и отчество усопшего и саму дату кончины: «В поминовение души моего отца и наставника (מורי) р. Азриэля Гершона, благословенной памяти (ז»ל), сына р. Песаха (ב»ר פסח), скончавшегося во 2-й день новомесячья элула 5698 года (ב’ דר»ח אלול שנת תרצ»ח)». Это стандартное написание даты, с аббревиатурами и гематрией, наиболее часто встречающееся на надгробных плитах. Надо отметить, что в маргиналиях М. Соловья мы не встречаем параллельной датировки по григорианскому календарю – в отличие от еврейских ученых того же времени, чьи письма доступны нам в отечественных архивах. Это свидетельствует о приверженности еврейской традиции, ведь еврейский календарь подвижный, «плавающий», так как основан на лунно-солнечном цикле и подсчетах. Соответственно, 2 элула 5698 г. приходилось на 29 августа 1938 г., а на будущий год – уже 17 августа. Он же пишет для себя (!) исключительно дату от Сотворения мира. Это предполагало постоянное отслеживание еврейского календаря в советской Москве, умение заранее высчитать дату для будущего йорцайта и соблюдать все особенности еврейского года (праздников, високосных лет и пр.). Имя отца и краткие сведения о его судьбе встретятся нам еще раз в одной из записей ниже.

III. Третья часть владельческих записей может быть названа «пометки о книге». Это короткие замечания, содержащие краткую выжимку содержания и мнение Менахема Соловья о книге. Первое создается для того, чтобы позднее напомнить себе (или иному читателю), о чем будет речь, и/или вновь не перечитывать весь текст — такое впечатление складывается у читающего эту запись. Второе же в основном относится к положительному восприятию М. Соловья от книги, с указанием некоторых недостатков, касающихся  текста или  самого издания (например, есть опечатки). Негативный отзыв встретился только один раз в книге №8 «Марпе Леом» («Лечение народа») (илл. 2). 

Владельческая запись в книге «Марпе Леом» (№8 в статье).

1) ספר זה הוא אוסף דברי הבט ושטות ואין ראוי לק[רואה]

2) לבד ההקדמה שיש בה דברים נר[יסים?]

«Книга эта — собрание ерунды и глупости, и не стоит читать ее.

Кроме предисловия, в котором есть [интересные?] мысли».

Вот такой комментарий оставил для любого, кто откроет эту книгу,  Менахем Соловой. Маргиналия расположена на первой странице книги «Марпе Леом, т. е. медицина для деревенских жителей», авторства Фредерика Павлицкого и в переводе на иврит Йехуды Бецалеля бен Зеева Вольфа Элиэсберга (а в самом издании по-русски написано — Цалько Вольфовича Элиасберга). Книга же издана в двух частях в известной типографии Манеса и Зимеля в 1834 г. (часть первая, Вильно-Гродно) и 1842 г. (часть вторая, только Вильно уже). Для профессионального врача М. Соловья, наверное, такая книга действительно была полна заблуждений и «глупости», как он указывает. На титульном листе этой же книги №8 есть витиеватая подпись прежнего владельца (М. Соловей таких не оставлял в исследуемой коллекции) и экслибрис, в котором отпечаталось только наименование города от предыдущего владельца — «г. Городок/-ец». 

Остальные же маргиналии «о книгах» обнаружены в экземплярах №9 «Тольдот Адам» («История человечества»), №10 «Мишнайот. Тиферет Исраэль» («[Система] учений», с комментарием «Слава Израиля») и №11 «Мешех Хохма» («Притяжение мудрости»). Особняком здесь можно выделить также книгу №10, так как «Эта книга принадлежала моему отцу и учителю, рабби Азриэлю Соловью, благословенной памяти, который скончался 1 элула 5698 года. Он был бедным портным, тратил свои последние деньги на покупку книг и всю жизнь занимался изучением Мишны. Обладал чудесными душевными качествами – и по отношению в Всевышнему, и по отношению к ближнему. Эти пояснения написал я, его сын — Менахем-врач. (М.С.)» (илл. 3). 

Запись в книге «Мишнайот» (№10 в статье).

Вроде бы о самой книге нет никаких указаний — ни на ее содержание, ни на мнение о ней. Тем не менее, Менахему Соловью было важно написать провенанс этой книги, поэтому мы отнесли ее не в категорию биографических помет, а именно сюда, в категорию «о книгах». Эта маргиналия таким образом сообщает нам данные не только о личности отца нашего героя, но и о том, как ему становились доступны те или иные книги. Нам неизвестно, есть ли на полях этого экземпляра другие маргиналии, но если да, то они могли бы принадлежать отцу М. Соловья. Эти обнаружения помогли бы отождествить иные «старые» маргиналии в книгах коллекции. 

Отметим, что в данном случае указаны два расхождения: отец скончался «на второй день новомесячья элула» (выше в тексте) и «первого элула» (здесь). Это уточнение помогает нам скорректировать дату смерти Гершона Азриэля Соловья — вечер 1 элула, он же начало второго дня месяца элула. (В переводе на григорианский календарь это будет 28, а не 29 августа.) Помимо этого, в конце первой и в начале второй строк маргиналии указано имя отца «עזריאל \\ סולובי». Обращает на себя внимание иной способ транслитерации фамилии (срав. סאלאוויי и סולובי). В своих подписях Менахем Соловей следует форме, характерной для идиша, а про отца здесь пишет в ивритоязычной транслитерации. Более того, в своих подписях он указывает в имени отца первую часть «Гершон», здесь же — только «Азриэль». Любопытно, почему такие расхождения присутствуют в записях одного и того же человека, но про отчества можно утверждать, что Менахем Соловей называл себя лично «Гершоновичем», а не «Азриэлевичем». 

Отметим также, что здесь имеется традиционное в еврейской среде на протяжении столетий завершение имени неким титулом «ха-рофе» («врач») в отношении служителей медицины. Напомним, что в своих подписях М. Соловей пользуется сокращением «д-р», а не «ха-рофе». В данном же случае повествование об отце, человеке ученом и всю жизнь занимавшемся Мишной, логично завершается формулой в рамках этой самой «книжной» еврейской традиции. Такие формулы отсылают нас не к еврейской диаспоре в светской Москве первой половины ХХ века, а к старинным текстам колофонов, оставленных в рукописных книгах более ранних веков. Зачастую также свои личные комментарии, без какой-либо специфики, наш герой завершает инициалами «М.С.» в скобках.

1. Последняя категория, которую нам удалось выделить, является категория маргиналий-комментариев. К ним относится большое число книг коллекции: №12 «Бхинат ха-Дат» («Испытание веры»), №13 «Брахот. Талмуд Бавли» («[Трактат] Благословения. Вавилонский Талмуд»), №14 «Шеэлот ве-Тшувот Бейт ха-Леви» («Респонсы [под называнием] Дом Леви»), №15 «Берешит» («Книга Бытия»), №16 «Китвей Кодеш» («Священное Писание»), №17 «Китвей Кодеш» («Священное Писание»), №18 «Бе-Мидбар» («Книга Чисел»), №19 «Мишне Тора» («Повторение Торы») и некоторые другие книги. Это почти половина всех экземпляров с маргиналиями. Они разрознены, относятся к содержанию тех книг, на полях которых они написаны. Данные записи носят в основном религиозный, галахический характер, отсылают к трудам крупных еврейских ученых. Некоторые из них являются многостраничным комментарием с цитатами из других книг, другие — более короткие замечания «по поводу» конкретного пассажа или тематики книги. Редкие комментарии содержат даты написания. Одна из самых поздних дат, оставленных нашим героем на полях книг, — это 1973 г. (№19). Это значит, что на протяжении примерно 50 лет, М. Соловей так или иначе комментировал книги.

Заключая данный раздел, можно сказать следующее: нами выделено четыре вида маргиналий, которые оставлял М. Соловей в экземплярах своей коллекции. Это отдельные подписи (I), йорцайты и другие биографические данные (II), записи «о книгах» (III) и комментарии к трудам (IV). Выборка из всей библиотеки довольно небольшая, всего 25 книг, однако в самом начале статьи мы высказали предположение, что статистически текстов маргиналий о содержании книг должно быть больше, чем других записей. Действительно, в случае с коллекцией М. Соловья это подтверждается.

***

Последнее, что хотелось бы отдельно отметить в исследовании маргиналий, – это сам почерк нашего героя. Так как его происхождение и жизненные вехи Менахема Соловья известны, они тесно связаны с ашкеназским еврейским миром, то и пишет он в рамках ашкеназской школы. Это подразумевает, что его учили писать так же, как писали ашкеназские евреи в XIX–ХХ столетиях, и поэтому черты его почерка наследуют этой письменной культуре.

Ашкеназский курсив, а в Новое время именно курсивная составляющая вытесняет все остальные типы письма, представляет собой сложный для прочтения набор элементов еврейских букв. Главной характеристикой, на наш взгляд, является наличие постоянных лигатур между графемами, которые многократно усложняют отождествление отдельных букв. Это свойство распространено в европейских текстах на латинице и кириллице. Для еврейского текста такое количество лигатур не характерно, даже алфавит принято называть «квадратным», так как вокруг каждой буквы можно умозрительно нарисовать квадрат. Однако, ашкеназский курсив XIX–XX веков заимствует эту тенденцию. 

Фраза «שיש בה דברים» из маргиналии в книге №8.

Примером является фраза из маргиналии в книге №8, описанная выше в разделе III: «кроме предисловия, в котором есть [интересные] мысли». Жирным выделены слова, которые отображены на илл. 4. В ней присутствуют 10 графем, при этом две части целиком написаны через лигатурное соединение. В первом сочетании (שיש) и последнем слове (דברים) есть буква йуд. В печатном тексте, а также в квадратном варианте на письме, она изображается небольшой «запятой» в верхней части строки – «י». В почерке М. Соловья эта буква дважды деформирована, так как в сочетании «שיש» он должен соединить ее с последующей буквой шин, поэтому он выписывает полукруг (шин начинает писаться снизу), а в слове «דברים» он плавно «перетягивает» лигатуру сразу в букву мем-софит после йуд. В результате этих манипуляций получаются разные аллографы на письме — варианты одной и той же буквы, написанные разным образом. Поэтому требуется навык чтения подобных текстов для того, чтобы с большей точностью определять среди всех элементов графики аллографы каждой из букв. Например, в этом же слове «דברים» единой петлей написана буква реш, хотя самостоятельно она пишется так: «ר». Ее форму в ашкеназском курсиве можно легко спутать с буквой самех, которая имеет круглую форму изначально: «ס». 

Для удобства читателей маргиналий Менахема Соловья мы завершим настоящую статью таблицей с изображением наиболее частотно встречающихся аллографов в его почерке (на примере маргиналии-комментария из книг №1, № 8 и №10 в статье; табл. 1).

Табл. 1. «Алфавит» Менахема Соловья. Справа налево.

Гимель ג	Бет ב	Алеф א
Вав ו	Хей ה	Далет ד
Тет ט	Хет ח	Заин ז
Каф-софит ך	Каф כ	Йуд י
Мем-софит ם	Мем מ	Ламед ל
Самех ס	Нун-софит ן	Нун נ
Пей-софит ף	Пей פ	Аин ע
Коф ק	Цади-софит ץ	Цади צ
Тав ת	Шин/син ש	Реш ר