Любовь Борисовна прожила долгую жизнь (1905-2000), дружила со многими известными людьми, например, Анастасией Цветаевой. Остатки же фотоархива Любови Борисовны мне передала ее подруга и коллега профессор-биолог Галина Вениаминовна Шумакова, вдова биолога Ильи Амлинского (отца писателя Владимира Амлинского), которая издала в издательстве «Наука» труды Бюффона и Линнея в переводе своего покойного мужа еще в советские времена.
И СНОВА − МОИ УТЕВСКИЕ
Я уже неоднократно писал об Утевских, своих предках и родственниках по материнской линии. Но проходит время, находятся новые сведения и документы, которые дополняют, а иногда и меняют сложившуюся историю семьи.
Мои прабабушка Фейгенберг Рася Лейбовна и прадед Утевский Бенцион Беркович родились и женились в Гомеле, затем переехали в Брянск, а перед революцией – в Харьков.
Лавки моих прапрадедов Фейгенберг Лейбы Липмановича (в некоторых изданиях написано − Литманович) и Утевского Берки Лейбовича были расположены рядом на Базарной площади Гомеля, так что, скорее всего, прабабушка и прадед были знакомы с детства.
В Гомеле Утевские и Фейгенберги были заметными семьями – среди них были раввины, купцы, местные общественные деятели. Кстати, представители этих семей вступали в брак между собой не один раз – мне известен по крайней мере еще один случай, кроме прабабушки и прадеда (племянница прапрадеда Утевская Фаня Захаровна вышла замуж за племянника прабабушки Фейгенберг Исаафка Соломоновича).
Прапрадед и его братья были небедными людьми (согласно списка избирателей в Государственную Думу):
Прапрадеду в Гомеле принадлежали дома:
По всей видимости, семья Утевских сильно разрослась в Гомеле, старших сыновей с семьями для развития «бизнеса» стали отселять в другие города. Так появились ветви семьи в Петербурге, Брянске, Чернигове, Миргороде, Прилуках, позже в Одессе, Харькове, Москве, Киеве, Воронеже. К сожалению, чем занимался прадед в Брянске я не знаю.
У прадеда и прабабушки было 8 детей – сыновья Самуил, Лев, Зиновий (мой дед), Михаил и дочери Лида, Гитя, Гинда и Люба. Лида и Гитя закончили Брянскую женскую гимназию в 1904 и 1907 годах.
Первой в Харьков переехала старшая из сестер Лида, Утевская Лидия Борисовна (Ида Бенциановна). Лидия Борисовна закончила юридический факультет Харьковского университета в 1912 году.
Как известно, женщины до революции принимались в университеты Российской империи не как студенты, а только в виде вольнослушательниц (посторонних слушательниц). Прадед считал, что дочь не сможет получить высшее юридическое образование, что это практически невозможно.
12 марта 1912 года вышла замуж за Одера Бориса Семеновича.
Его отец Одер Семен Аронович был купцом, владельцем фабрики по производству уксуса и председателем правления синагоги по адресу: Соляниковский переулок, дом 15.
Борис Семенович был активным социал-демократом (меньшевиком), членом Харьковского комитета РСДРП, лидером студенческой социал-демократической фракции, одним из основных организаторов «Союза учащихся», секретарем общества приказчиков. В 1909 г. он стал режиссером театра, открытого при Рабочем доме.
Кстати, чтобы представить себе уровень людей, которые были членами Харковского комитета РСДРП, достаточно сказать, что одним из них в это же время был Цедербаум Федор Исаевич – двоюродный брат Ю. Мартова, ближайший друг и сподвижник Г.В. Плеханова, вместе с ним вернувшийся в 1917 г. из эмиграции.
Перед революцией Одер был избран гласным Харьковской городской думы.
Борис Семенович дружил с великим писателем В.Г. Короленко, именно вмешательство Короленко спасло ему жизнь − во время деникинской оккупации Борис Семенович остался в Харькове и продолжал исполнять обязанности гласного Харьковской городской думы. После взятия Харькова красными был арестован. Короленко обратился с письмом к председателю Совнаркома Украины Х.Г. Раковскому:
Дорогой Христиан Георгиевич,
Опять я к Вам и опять «по делу». Есть у меня в Харькове хороший знакомый, Борис Семенович Одер. Он − убежденный кооператор, меньшевик по убеждениям. По делам кооперации ему приходилось ездить в Ростов, откуда он вернулся. В Харькове под его редакцией выходила газета «Наш путь». Кроме того, он был выставлен кандидатом в гласные (а, может быть, и избран). И то, и другое, − т.е. и газета, и звание гласного − было при деникинцах. Слышу, что все это теперь ему ставится в вину.
Я лично знаю Одера как очень порядочного человека и отнюдь не деникинца или реакционера. Но меня побуждает к этому письму даже не одно личное расположение к хорошему человеку, а еще более важный общий вопрос: когда пришли деникинцы, они стали хватать направо и налево людей, которые работали при большевиках. Теперь пришли большевики и неужели станут поступать так же с теми, кто работал при деникинцах. Я понимаю, что для деникинцев очень важно, чтобы с их уходом и приходом большевиков край обратился в пустыню. Это заставляет население с нетерпением ждать их возврата. То же соображение я прочитал недавно в местной полтавской газете: люди, делающие хотя бы и нейтральное дело при деникинцах, являются их прихвостнями. Было бы гораздо лучше для большевизма, если бы этого не было. Иначе сказать − большевизм, как и деникинство, требует, чтобы с его уходом край превратился в пустыню. 14 февраля 1920 г.
После вмешательства Короленко Борис Семенович был освобожден, но был вынужден с семьей переехать в Москву (опасался ареста). Он благополучно пережил репрессии 30-х годов, но в 1940 году ареста не избежал и из НКВД уже не вернулся.
Переписка В.Г. Короленко и Б.С. Одера была впоследствии украдена у потомков последнего. Моя мама вспоминала, что в московской квартире Одеров висела фотография Короленко с Борисом Семеновичем и Лидией Борисовной.
Их сын – Арнольд Борисович Одинцов (Одер) – советский писатель, участник войны, военный корреспондент, умер в 1971 г. в писательском доме отдыха в Переделкино. Имел 6 детей, среди его потомков врачи, музыканты, журналисты.
В Харьков семья Утевских переехала, видимо, к Лидии Борисовне. Жили по адресу Каплуновский переулок, дом 20 (в советское время − Краснознаменный переулок, дом 7). Утевская Любовь Борисовна рассказывала мне, что дом был окружен садом и забором, и «студенты Технологического института в сизых шинелях лазили через забор, поговорить с барышнями», так что, скорее всего, это было до революции. В этом доме мать и сестра Бориса Семеновича Одера жили и потом (даже после войны 1941-1945 гг.).
Прадеда не стало 20 сентября 1924 года, прабабушки уже не было в живых, но когда ее не стало − не знаю.
Следующая сестра Утевская Гитя Борисовна вышла замуж за Иона Буртмана, в 1922 г. у них родилась дочь Раиса (в этом поколении много Раис – в честь моей прабабушки Раси Лейбовны). В 1922 г. они переехали в Москву, и Ион стал работать в Наркомате внешней торговли. В 1925 г. он был назначен в торгпредство СССР во Франции, в 1930 г. не вернулся в СССР. В 1942 г. Ион и Гитя Борисовна были арестованы в Париже фашистами и погибли в концлагере.
Их дочь Раиса спаслась, французские друзья отца помогли ей купить поддельные документы, по которым она стала Reine («королева» − в переводе с французского). Впоследствии вышла замуж за французского биохимика профессора Jaques Kruh. Они имеют двух сыновей.
Оказавшись в детстве во Франции, она потеряла все связи с родственниками, оставшимися в СССР. Но она же единственная поддерживала связи с родственниками в США и Дании, бывала у них в гостях.
Следующая сестра Гинда Борисовна вышла замуж за инженера Александра Эдельсона, у них была дочь Рая (умерла в 2001 г.), у которой детей не было.
К 1924 г. в Харькове остались жить Утевский Зиновий Борисович – мой дед (1893 г.р.) и самая младшая сестра Утевская Любовь Борисовна (1905 г.р.). В 1924 или 1925 году дед был в командировке в Житомире, где познакомился с моей бабулей – Кандинер Рахиль Львовной (1904 г.р.). Она закончила первый курс Одесской консерватории и приехала к родителям на каникулы. Деду было уже за тридцать, он не был женат, а бабуля была очень красива (есть фотографии тех лет, вообще Кандинеров было пять сестер – они все очень красивы).
Короче, на следующее утро после знакомства, бабуля, проснувшись, обнаружила около своей кровати вазу со 101-ой розой. И так каждый день. На склоне лет она говорила мне: − Знаешь, наверное, я не любила твоего деда, он просто ошеломил меня своим ухаживанием, но он был такой замечательный человек, что я никогда не могла его обидеть ни словом, ни делом.
Консерваторию она не закончила, вообще не получила высшее образование, но замечательно играла на пианино и пела. У деда и бабули две дочери − Раиса (1926 г.р.) и Лилия – моя мама (1933 г.р.).
Деда не стало в 1944 г. в Барнауле в эвакуации, не выдержало сердце, а ведь было ему всего 50 лет. Бабуле было 40 лет, она больше не вышла замуж, посвятив всю свою жизнь дочерям. Ее не стало в 1981 г.
Младшая сестра Утевская Любовь Борисовна, закончила первый курс Харьковского университета. Далее, как рассказывала мне она: − В 1925 году твой дед уехал в командировку и вернулся с молодой женой – твоей бабушкой. Некоторое время мы жили вместе, но когда бабушка забеременела, я поняла, что мешаю молодым. В то время я заканчивала первый курс биологического факультета Харьковского университета. И вот, закончив первый курс, я собрала вещи и уехала в Москву. Однако, перевестись в Московский университет я не смогла. Во-первых, весь набор биологической специальности был тогда человек десять. Во-вторых, категорически запрещалось принимать в университет людей из «провинции». И тогда я попросила двоюродного брата Борю (это известный юрист – Борис Самойлович Утевский) устроить мне встречу с ректором. Ректор согласился зачислить меня на второй курс, если не будет против декан факультета. Декан, побеседовав со мной, согласился меня зачислить, и я стала студенткой МГУ.
А ректором МГУ тогда был небезызвестный Андрей Януарьевич Вышинский.
Любовь Борисовна вышла замуж за Степана Васильевича Калинина, впоследствии доктора физико-математических наук, профессора, проректора по науке Московского государственного университета. Детей у них не было.
После окончания МГУ Любовь Борисовна работала преподавателем в МГУ и научным сотрудником в институте физиологии АН СССР, основателем и директором которого была академик Лина Соломоновна Штерн − первая женщина-академик Академии Наук СССР (1939 г.) и единственный член Еврейского антифашистского комитета, который был арестован, но не расстрелян.
Лина Соломоновна была известна своими острыми высказываниями, ей принадлежит фраза, которую она часто повторяла своим сотрудникам-мужчинам: «Не женитесь на красивых, красота проходит, а глупость остается!»
Третья слева – Л.С. Штерн, шестая слева – Л.Б. Утевская
Любовь Борисовна прожила долгую жизнь (1905-2000), дружила со многими известными людьми, например, Анастасией Цветаевой. Остатки же фотоархива Любови Борисовны мне передала ее подруга и коллега профессор-биолог Галина Вениаминовна Шумакова, вдова биолога Ильи Амлинского (отца писателя Владимира Амлинского), которая издала в издательстве «Наука» труды Бюффона и Линнея в переводе своего покойного мужа еще в советские времена.
У Льва детей не было, у Михаила – сын Борис, погибший на фронте в 19 лет, и дочь Наталия, потомки Михаила – тележурналисты, предприниматели.
Самый старший брат Самуил уехал в США еще до революции. Письмо деду от него пришло только один раз в 1936-1937 году. В письме была фотография его семьи (женился он уже в США) на фоне большой американской машины. Деда тут же вызвали в НКВД, но он каким-то образом отбился (видимо, ему удалось объяснить, что Самуил уехал до революции, «спасаясь от царского гнета»).
Ничего больше о судьбе Самуила мы не знали и только после того, как мне удалось разыскать во Франции тетю Reine, мы узнали, что у Самуила − дочь Рода (1920-х годов рождения), у которой, в свою очередь, двое сыновей, они «адвокаты, известные адвокаты в кинобизнесе» и фамилия у них самая кинематографическая – Fox.
К сожалению, осталось мало фотографий, на которых засняты дед и его братья и сестры. Всего на одной фотографии плохого качества видны прадед и прабабушка.
Весь фотоархив моего деда пропал в Киеве в 1941 году. Тем более цены для родственников моего и младших поколений сохранившиеся фотографии:
Примерно 1917 год. Второй слева – Михаил Борисович Утевский, третий слева – Зиновий Борисович Утевский, пятый слева – Арнольд Борисович Одер (Одинцов), крайняя справа – Лидия Борисовна Утевская. Остальных пока определить не удалось.
Где-то прочитал, что «среди евреев, в силу специфики присвоения им фамилий, очень мало однофамильцев. Большинство носителей одной фамилии являются родственниками в пятом-шестом поколении, представителями одного рода и потомками одной большой семьи».
По всей видимости, все евреи, носящие фамилию Утевский, предки которых родом из Гомеля, имеют общих предков и являются родственниками разной степени родства.
Как я уже говорил, в Гомеле Утевские были довольно заметной семьей, позже появились ветви семьи в Петербурге, Брянске, Чернигове, Миргороде, Прилуках, позже в Одессе, Харькове, Москве, Киеве, Воронеже.
. В книге профессора Иоффе об истории евреев Белоруссии упомянуты трое Утевских.
В Гомеле Утевские породнились по бракам со многими еврейскими семьями – Цейтлиными, Иоффе, Лурье, Фейгенбергами, Плисецкими и другими. Кстати, в этой семье был брак между представителями разных ветвей Утевских – Залман Иоселевич Утевский (1820 г.р.) женился на Гесе Шлемовне Утевской (1823 г.р.)
Семья Утевских дала многих выдающихся представителей, которые достаточно известны, биографии их также известны, я же хочу только некоторыми фактами дополнить биографии:
Паола Владимировна Утевская – украинская писательница, дочь скульптора, художника и искусствоведа Владимира Издебского и Евгении Львовны Утевской (троюродной сестры моего деда). Будучи разных вероисповеданий, ее родители не регистрировали брак, Евгения Львовна не захотела уехать с Издебским за границу. Согласно официальной биографии Паола родилась 14 сентября 1911 г., однако Книга записей рождений Одесского раввината называет 12 июля 1912 г.
Дед Паолы Лев (Левик) Утевский занимался во время первой мировой войны снабжением Русской императорской армии. Однажды на вокзале был оскорблен русскими офицерами, обратившимися к нему: «Жид!». Он обратился к губернатору с жалобой и получил ответ: «Вы не можете вызвать этих людей на дуэль, они русские дворяне, между вами огромное различие». По сути, оскорбление было повторено. Спустя некоторое время Утевский застрелился, послав губернатору письмо, в котором говорилось, что этим поступком он желает доказать всем, что у евреев тоже есть честь.
Евгения Львовна Утевская преподавала в Киевском университете, кандидат химических наук, автор учебников по химии и нескольких научно-популярных книг, награждена орденом Трудового Красного Знамени.
Паола участвовала в Великой отечественной войне, после войны жила в Киеве, дружила с Виктором Некрасовым и его семьей.
В 1960 году на отдыхе Виктор Некрасов снял шутливый самодельный фильм «Паола и роман», в котором снялся сам, Паола Утевская и другие https://www.youtube.com/watch?v=3NufsQUjI0k.
Борис Самойлович Утевский – выдающийся юрист, профессор, доктор юридических наук. По словам Любови Борисовны Утевской, приходился ей и моему деду двоюродным братом. По моим подсчетам, основанным на архивных документах, он приходился им троюродным братом, но как бы дважды, являясь внуком уже упомянутых Залмана Иоселевича Утевского и Геси Шлемовны Утевской, может быть, поэтому казался более близким родственником.
Борис Самойлович с семьей жил в Москве по адресу Большой Каретный переулок, дом 15. В этом же доме жил в детстве Владимир Высоцкий, часто бывал в гостях у Утевских. Анатолий Борисович Утевский, впоследствии полковник милиции, профессор, доктор юридических наук, дружил с Высоцким и написал о нем несколько книг.
В 1955 году в домашнем кабинете Бориса Самойловича Утевского Высоцкого впервые прослушал актер Александр Сабинин, после чего рекомендовал его в драмкружок при Доме учителя Свердловского района, которым руководил актер и режиссер Владимир Богомолов. Читал Высоцкий басню «Кот и повар» Крылова.
Арон Михайлович Утевский – выдающийся биохимик член-корреспондент АН УССР и одновременно писатель и драматург, его пьеса «Памятные встречи» шла во многих театрах (ранее я считал, что он троюродный брат моего деда, но архивные данные показали, что родство более дальнее, но четко прослеживаемое).
43 года заведовал кафедрой в Харьковском медицинском институте. Когда в 2018 году я привез маму на лечение в Харьковский институт травматологии и ортопедии, доктора, увидев ее фамилию, интересовались степенью родства с Ароном Михайловичем, хотя его уже 30 лет не было в живых.
Его родной брат Семен Михайлович Утевский, литературовед, специалист по зарубежной литературе, переводчик, также писал и публиковал художественные произведения, в том числе, роман «Петр Тамарин».
Кстати, среди Утевских я насчитал 15 писателей, а если считать прямых потомков Утевских, но имеющих другие фамилии, то, наверное, их будет более 30.
Среди Утевских много профессоров, докторов и кандидатов наук и это характерно и для нынешних поколений.
Среди потомков Утевских по женским линиям (которые имеют уже другие фамилии) журналисты, писатели, врачи, ученые, музыканты, актеры, кинематографисты, тележурналисты, юристы.
К сожалению, в моем поколении все потомки прадеда и прабабушки уже не Утевские, но мне нравится, что более молодые поколения стали интересоваться своим происхождением и предками.
А Утевские пока продолжаются в других ветвях большой семьи.
