Это произведение написано на грани документального реализма и фантасмагории и является приквелом к моему рассказу «История Его плоти» (https://s.berkovich-zametki.com/y2025/nomer2/orfis/). Его герои: родители пророка Мани — парфянин Патик и еврейка Мариам.
ИСТОРИЯ ЕГО КРОВИ
Посвящается Полинe Лихтшайнхоф — талантливому писателю и прекрасному человеку
А рядом с ним, закончивший поход,
Неустрашимый рыцарь Дон-Кихот
Беседует с торговцем о сукне
И о судьбе.
Иосиф Бродский: «Процессия»
Я — вастриошан[1] Патик, сын Аршака, уроженец города парфянского. Города малого, мирного и беззащитного. Города, чтившего на разные лады многих богов земных и небесных, но более всех Бога, имя Которому Любовь.
Там и встретил я Мариам-иудейку.
О, ты прекрасна, возлюбленная моя, ты прекрасна! глаза твои голубиные. О, ты прекрасен, возлюбленный мой, и любезен! и ложе у нас — зелень; кровли домов наших — кедры, потолки наши — кипарисы.[2]
Но на седьмой день десятого месяца ворвалось в наш город, город малый, мирный и беззащитный, войско приверженцев Лжи,[3] войско кровожадное,[4] войско дэвов[5] и людей, колдунов и ведьм, негодяев двуногих и волков четвероногих.[6] И погибли страшной смертью родители мои, и родители Мариам, братья мои и братья Мариам, сестры мои, и сестры Мариам.
А на восьмой день десятого месяца надел я все свои доспехи, продел на руку щит и взял копье.[7] Увидала меня Мариам в воинском облачении и взмолилась:
— Пожалей меня! Не уходи! Только ты один у меня и остался!
И был мой ответ:
— Если не уйду, то избегнет возмездия и вернётся в мир живых войско дэвов и людей, колдунов и ведьм, негодяев двуногих и волков четвероногих. И не пожалеет оно ни тебя, ни меня, ни многих других людей безвинных! Отправляйся в Ктесифон,[8] под защиту соплеменников твоих. Я вернусь к тебе победителем, либо не вернусь совсем.[9]
Так вступил я в ряды войска парфянского. Но Ахриман Губитель[10] посеял вражду между князьями парфянскими и не подняли они мечи против войска дэвов и людей, колдунов и ведьм, негодяев двуногих и волков четвероногих. Но пошёл в державе парфянской войной брат на брата, сосед — на соседа, город — на город.[11] А однажды ворвалась свора мародёров парфянских в окрестности храма Адур-Бурзэн-Михр[12] и узрела там богатых паломников, несущих щедрые дары. Обуял мародёров Ахриман Губитель. Убили и ограбили они паломников беззащитных и был среди мучеников праведный Папак, сын Сасана, царь Персии.[13]
Узнал Ардашир сын Папака[14] про гибель отца любимого и чуть не обезумел от горя и гнева. А затем собрал воинство могучее и пошёл против Парфии, но прежде поклялся Ормуздом[15] Всеведающим и фаравахаром[16] отца своего, что нигде, кроме поля битвы не прольёт кровь парфянскую, ибо единый народ парфяне и персы.
Поверили ему многие воины парфянские и сложили оружие. Ардашир велел утопить их в Деклате,[17] убивая без пролития крови. Но осталась малая горстка воителей парфянских. Собралась она в боевые ряды на равнине Ормиздаган и решилась на великую битву.
Вскоре узрел я на поле сечи грозного баxадура[18] персидского в плаще из львиной шкуры,[19] крушившего мечом сильнейших воинов парфянских как мельничный жернов пшеничные зёрна, вызвал его на поединок и, прикрыв себя щитом, с копьем наперевес устремился во весь галоп вперед.[20] Но бахадур без труда поразил меня мечом, сбросил с коня и приставил мне к горлу клинок, почерневший от крови парфянской. А затем молвил:
— Я, наследный принц Шапур,[21] сын Ардашира, готов тебя пощадить!
Тогда я вспомнил великий завет народа парфянского: «Никогда не проси врага о пощаде!» и собрал кровавую слюну во рту, чтобы плюнуть Шапуру в лицо. А затем я вспомнил любовь мою Мариам и мольбу её: «Пожалей меня! Не уходи! Только ты один у меня и остался!». Тогда я поцеловал клинок, почерневший от крови парфянской, прохрипел: «Я, вастриошан Патик, сын Аршака, молю тебя о пощаде!» и лишился чувств от стыда и боли.
Шапур же приказал служителям своим отнести меня в стан персидский, вылечить от ран, а затем отпустить из плена без выкупа. Конец войны встретил я в Ормиздагане — живым, здоровым и свободным.
А затем узнал, что избегло возмездия и вернётся в мир живых войско дэвов и людей, колдунов и ведьм, негодяев двуногих и волков четвероногих, погубившее родителей моих, и родителей Мариам, братьев моих и братьев Мариам, сестёр моих, и сестёр Мариам.
Узнал, что погибли навеки царь парфянский, и войско парфянское, и держава парфянская и осталось парфянам только то утешение, что они и персы — единый народ.
Узнал, что сам я проклят и отвержен народом парфянским, ибо попрал древний завет: «Никогда не проси врага о пощаде!», и попрал его ради слабой жены, из чужеродного племени дэвопоклонников.[22]
Тогда отправился я в Ктесифон, забыв обещание своё: «Я вернусь к тебе победителем, либо не вернусь совсем». И был я так люто гоним плевками, камнями и палками всю дорогу из Ормиздагана в Ктесифон, что уподобился грешнику, истерзанному дэвами в Дузахе.[23]
Но добрался я до Ктесифона избитый и измятый,[24] пал перед Мариам на колени, молвил: «Только ты у одна у меня и осталась!» — и заключила меня в обьятья любовь моя Мариам. А через девять месяцев младенец родился нам,[25] и текла в жилах его кровь двух народов народов великих, народов державных.[26] И была обрезана на восьмой день по обычаю иудейскому плоть его, и получил он имя парфянское — Кирбик.[27]
А на девятый день прискакал к нам баxадур персидский в плаще из львиной шкуры и молвил:
— Рек некогда мудрец ромейский,[28] что свойственно человеку ненавидеть того, кому он причинил зло. Я же возлюбил тебя, вастриошан Патик, сын Аршака, ибо некогда сотворил тебе добро. Пришли[29] в Ктесифон маги[30] из храма Адур-Бурзэн-Михр и молвили: «Где Царь Парфянский, рождённый Мариам-иудейкой?» Тогда Ардашир весьма разгневался и велел волкоголовым[31] бросить тебя и сына твоего в огонь, убивая без пролития крови. А жену твою всю ночь бесчестить, а утром на кол посадить.[32] Но я задержал волкоголовых и прискакал вывести тебя и родных твоих из Ктесифона в устье Прата,[33] реки великой, в селение совершающих омовения, именуемых также элькесаитами,[34] по имени пророка их Элькесая, вдали от сыщиков коварных и палачей безжалостных, служащих отцу моему Ардаширу, сыну Папака.
И был мой ответ:
— Ты губишь себя ради нас!
Шапур же возвразил:
— Помнит отец мой Ардашир, сын Папака, что не он один подарил мне жизнь, но также и мать моя, Рутак, дочь Ормизда.[35] А потому не послушает он клеветников злоязыких, внушающих ему: «Ты Шапура породил, ты его и убей!»,[36] и не свершит великий грех сыноубийства.
И он вывел нас из Ктесифона.
Примечания
[1] Простолюдин, особенно горожанин.
[2] Песнь Песней 1: 14–16 (дословная цитата).
[3] Дословная цитата из Авесты в переводе В. С. Соколова.
[4] Дословная цитата из Авесты в переводе В. С. Соколова.
[5] Демоны в зороастрийской религии.
[6] Дословная (несколько сокращённая) цитата из Авесты в переводе В. С. Соколова.
[7] Мигель де Сервантес: «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» / Перевод Марии Ватсон (минимально измененная цитата).
[8] Столица парфянской, а впоследствии персидской империи.
[9] Анатоль Франс: «Боги жаждут» (дословная цитата).
[10] Дьявол в зороастрийской религии.
[11] Парафраза из Книги Пророка Исаии 19:2.
[12] Величайшее зороастрийское святилище в парфянскую и раннеперсидскую эпоху. См. Мэри Бойс: «Зороастрийцы»
[13] Первоначально вассал Парфии, но к концу жизни фактически назависимый могущественный правитель. См. Нельсон Дибвойз «Политическая история Парфии». Обстоятельства смерти Патака вымышлены автором.
[14] Основатель и первый правитель персидской империи Сасанидов.
[15] В древнем зороастризме царь светлых божеств, враг и победитель Ахримана. В зороастризме современном монотеистический бог.
[16] В зороастризме название человеческой души.
[17] Тигре.
[18] Слово среднеперсидского происхождения, вошедшее во многие мировые языки.
[19] Отсылка к Гераклу в шкуре Немейского льва.
[20] Мигель де Сервантес: «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» / Перевод Марии Ватсон (дословная цитата). Сцена «сражения» Дон-Кихота с ветряными мельницами.
[21] Будущий шахиншах Шапур I. Сын и преемник Ардашира.
[22] Оскорбительное прозвище незороастрийцев.
[23] Ад в зороатризме.
[24] Мигель де Сервантес: «Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский» / Перевод Марии Ватсон (дословная цитата).
[25] Книга Пророка Исаии 9:6
[26] См. Александр Орфис «История Его плоти»
[27] Благодетель (парф.) Настоящее имя пророка Мани, известное из христианских источников.
[28] Тацит.
[29] Далее перефразируется начало второй главы Евангелия от Матфея.
[30] Именно это слово стоит в греческом тексте Евангелия от Матфея. В данном рассказе автор обыгрывают его первоначальное значение: «древнеперсидские жрецы».
[31] Конные гвардейцы персидских царей.
[32] Примерно так же шахиншах Шапур Второй поступил сто лет спустя с пленной армянской царицей Парандзем.
[33] Ефрата.
[34] Иудео-христианское движение в поздней античности.
[35] Имя отца царицы Рутак вымышлено автором.
[36] Полемическая отсылка к повести Гоголя «Тарас Бульба»
Надеюсь, что мне удалось передать убедительно описать Ардащира. Я добивался, чтобы уважаемые читатели в течении считанных секунд испытали к нему сперва сочувствие (» сын, потявший отца»), затем симпатию («праведный мститель’), затем уважение, и даже восхищение («мудрый и великодушный монарх») и в конце-концов омерзение и ужас.
Трагедия парфянсекого народа, павшего жертвой персидских заказчиков и междоусобицы. А на её фоне история любви двоих, преодолевающая трагедию войны, разорения их города и межнациональные распри.
«А затем узнал, что избегло возмездия и вернётся в мир живых войско дэвов и людей, колдунов и ведьм, негодяев двуногих и волков четвероногих, погубившее родителей моих, и родителей Мариам, братьев моих и братьев Мариам, сестёр моих, и сестёр Мариам»
Написано за семь месяцев до омерзительнецшего «соглашения» в Шарм-Эль-Шейхе.
А впрочем, дело шло к нему почти с самого начала…
«Но добрался я до Ктесифона избитый и измятый, пал перед Мариам на колени, молвил: «Только ты у одна у меня и осталась!»»
Второй рассказ из цикла «Пророк и прочие»
1.
«История Его плоти»