©Альманах "Еврейская Старина"
   2022 года

 342 total views,  4 views today

К сожалению, есть и документы, и факты, и чудом выжившие свидетели таких зверств, которые просто не укладываются в человеческое сознание. Именно палачи и изуверы из числа бывших советских граждан внесли в дело «окончательного решения еврейского вопроса» ту страсть, которой были лишены служащие бездушной машины гитлеровского государства.

Михаил Корабельников

Путешествие по заезженным дорогам истории[1]

(продолжение. Начало в №2/2022)

Венгрия

Высший государственный пост в довоенной Венгрии занимал Миклош Хорти. В феврале 1920 года народным собранием Венгрии он был избран на пост регента (без короля). Одновременно он был адмиралом флота. Хорти был авторитарным лидером, но не диктатором. Сотрудничество с Германией помогло вернуть Венгрии часть утерянных земель после подписания Трианонского договора; однако за это Венгрия была вынуждена в союзе с Германией вступить в войну с СССР. Уже летом 1942 года 160 тысяч венгерских солдат находились на территории СССР, а экономический и военный потенциал Венгрии оказались под властью немцев. Когда огромное количество венгров погибло на Дону, Хорти стал искать способа заключения мира с англичанами и американцами.

Однако все это было позже. А как в годы правления Миклоша Хорти вызревал в Венгрии этот пресловутый «еврейский вопрос»? Безусловно, союз с Гитлером наложил на его решение свой отпечаток. Хорти позволил своему правительству уступить нацистским требованиям, чтобы Венгрия приняла законы, ограничивающие жизнь евреев. Первый закон, принятый в 1938 году, ограничивал число евреев в профессиях, в торговле, в правительстве до двадцати процентов. Вскоре после этого был принят второй закон, который сократил их присутствие до пяти процентов, в результате чего 250000 венгерских евреев лишились работы.

Но это были лишь цветочки. В августе 1941 года был принят «третий еврейский закон», который запрещал евреям под угрозой трехлетнего тюремного заключения вступать в брак с не евреями. Этот же закон определил всех, у кого есть два еврейских дедушки или бабушки, как евреев по расовому признаку.

О евреях и их роли в венгерском обществе Хорти как-то высказался следующим образом:

«Что касается еврейской проблемы, то я всю жизнь был антисемитом. …Я считал недопустимым, чтобы здесь, в Венгрии, все, каждая фабрика, банк, большое состояние, бизнес, театр, пресса, торговля и т.д. находились в руках евреев, и что еврей должен быть отражением Венгрии, особенно за границей. Но поскольку одна из важнейших задач правительства — повышение уровня жизни, т.е. мы должны приобретать богатство, невозможно за год или два заменить евреев, у которых все в руках, и заменить их некомпетентными, недостойными, по большей части болтливыми элементами, ибо мы должны стать банкротами. Для этого требуется как минимум поколение».

И мы видим, что антисемитизм Миклоша Хорти, если это можно назвать антисемитизмом, продиктован здоровыми национальными чувствами, которые можно даже назвать патриотизмом. Подобное было весьма распространено в значительной части общества, и не только в Венгрии — почти повсеместно, там, где евреи как этнос, были заметно представлены в национальном составе тех или иных государств. Уравненные в правах с государство образующим этносом они везде (или почти везде) добивались доминирующих позиций в тех сферах деятельности, о которых говорил Хорти. Это не имеет ничего общего с зоологическим, расовым, гитлеровским антисемитизмом.

Первая резня евреев в Венгрии произошла в августе 1941 года, когда правительственные чиновники распорядились депортировать евреев без гражданства, в основном — беженцев из других стран. 18 — 20 тыс. человек были убиты войсками СС; выжили только 2 — 3 тысячи. Эти убийства известны как «Каменец-Подольская резня». Депортации были остановлены из-за противодействия руководства Венгрии. К началу 1942 года Хорти уже пытался дистанцироваться от режима Гитлера.

В январе 1943 года Красная Армия после триумфальной победы под Сталинградом в ходе стремительного наступления в излучине Дона разгромила и практически уничтожила Вторую венгерскую армию. Венгры потеряли 80 тыс. человек. В этих боях равно понесли потери не евреи и евреи, так как венгерские войска сопровождало 40 тыс. евреев и политических заключенных в отрядах принудительного труда, чьей задачей было разминирование минных полей.

Тем не менее, этой катастрофой воспользовался Гитлер, который на митинге в апреле 1943-го потребовал от Хорти наказать 800 тыс. венгерских евреев, которые якобы несут ответственность за это поражение. В ответ Хорти и его правительство предоставили 10 тыс. депортированных евреев для рабочих батальонов.

Но настоящая драма разразилась в начале 1944-го, когда Красная Армия подошла к границам Венгрии и стало ясно, что страны «оси» проигрывают войну. Хорти через своих агентов попытался завязать контакты с Союзниками и даже пообещал безоговорочно сдаться им, как только они достигнут венгерской границы. Узнав об этом, разъяренный Гитлер вызвал Хорти на конференцию в замок Клессхайм недалеко от Зальцбурга. Он заставил Хорти внести больший вклад в военные усилия и потребовал помочь ему в депортации большого количества евреев из Венгрии. Хорти разрешил теперь депортировать приблизительно 100 тыс. евреев, но не пошел дальше.

Однако эта конференция оказалась уловкой. Когда 19 марта Хорти возвращался домой, вермахт вторгся в Венгрию и ее оккупировал. По требованию нацистов Хорти произвел угодное им перемещение в правительстве, и новое правительство Венгрии с энтузиазмом приняло участие в Холокосте. Это привело к невиданным доселе потерям среди венгерских евреев. 9 апреля премьер-министр и немцы обязали Венгрию передать в распоряжение Рейха 300 тыс. евреев. А 14 апреля под руководством подполковника СС Адольфа Эйхмана, ответственного за «решение еврейского вопроса», началась депортация венгерских евреев в Освенцим, причем, небывалыми доселе темпами: по 12 — 14 тыс. человек в день. Никогда еще нагрузка на газовые камеры и крематории этого лагеря смерти не была столь велика.

Незадолго до начала депортации два еврейских заключенных из Словакии — Рудольф Врба и Альфред Ветцлер сбежали из Освенцима и передали властям Словакии подробности того, что происходит в этом лагере. Этот документ на немецком языке был передан официальным лицам Союзников. Подробности репортажа были переданы ВВС и напечатаны в The New Times 20 июня. Мировые лидеры, включая Папу Пия XII, президента США Рузвельта, короля Швеции Густава призвали Хорти использовать свое влияние, чтобы остановить депортацию, а Рузвельт угрожал Венгрии военным возмездием. И в самом деле, 2 июля бомбардировочная авиация Союзников совершила самые тяжелые бомбардировки Венгрии с начала войны. 7 июля Хорти приказал остановить транспорты. К тому времени в Освенцим было уже отправлено 437 тыс. венгерских евреев и подавляющее большинство из них погибло.

После того, как в августе 1944 года Румыния вышла из состава оси и объявила Германии войну, политические позиции Хорти укрепились. Он изгнал из правительства дружественных нацистам министров остановил массовую депортацию евреев и приказал полиции применять оружие, если немцы попытаются возобновить ее. Тем не менее, депортация продолжалась, но меньшими группами. В это самое время игравший свою игру рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер приказал Эйхману вернуться в Германию, наступило временное затишье.

Тем временем, Хорти через доверенных лиц смог установить контакты с командованием советских войск на востоке Венгрии. Теперь уже речь шла о возможности сдачи Советам при условии сохранения автономии венгерского правительства. 15 октября 1944 года Хорти сообщил своим министрам, что Венгрия подписала перемирие с Советским Союзом. Однако в этот же день, после того, как Хорти объявил о перемирии по общенациональному вещанию, Гитлер инициировал операцию «Панцерфауст». Скорцени и его люди похитили сына Миклоша Хорти и отправили его в Германию в качестве заложника, а самого Хорти доставили в офис Ваффен СС. Венгерская фашистская партия креста стрел захватила Будапешт. Шантажируя Хорти жизнью сына, нацисты заставили его подписать документ об отказе от должности и назначении главаря венгерских фашистов Ференца Салаши главой государства и премьер-министром. Сам же Миклош Хорти 17 октября был переправлен в замок Хиршберг в Баварии.

Адольф Эйхман вернулся в Будапешт и возобновил депортацию выживших евреев города. Одновременно возобновили преследование евреев и других неугодных лиц люди Салаши. Они вылавливали спрятавшихся евреев и группами по 150 — 200 человек вывозили их на берег Дуная. Среди них были лица обоих полов и всех возрастов. Салашисты избрали рациональный и экономичный способ казни людей. Они связывали между собой веревкой группу из 50 — 60 человек, выстраивали их шеренгой на край берега Дуная и затем стреляли в одного из арестованных. Падая, он увлекал за собой остальных. Так одновременно экономились патроны и решался вопрос захоронения трупов. За три месяца с ноября 1944 по январь 1945 «эрроу-кросс» расстреляли от 10 до 15 тысяч евреев.

Благодаря деятельности Эйхмана, венгерских фашистов и тех, кто им помогал, из довоенного еврейского населения Венгрии, которое оценивалось в 825 тыс. человек, выжило всего 260 тыс. Однако успешно завершить свою миссию — до последнего еврея — Эйхману не удалось. Этому в значительной степени помешала деятельность шведского дипломата Рауля Валленберга. Он выдавал евреям сине-желтые «защитные паспорта» с гербом Швеции на обложке. Это не были настоящие паспорта королевства, но на немцев производили впечатление. Кроме того, были открыты так называемые «шведские дома», в которых венгерские евреи находились под покровительством Швеции.

Часто Валленберг действовал на свой страх и риск, не имея на то полномочий. Так он спас от взрыва еврейское гетто и с ним более 100 тыс. человек, пригрозив командующему операцией генералу судом после войны, и это подействовало. Разумеется, немцы следили за Валленбергом и были в курсе его деятельности. Но предпринять что-то против него не решались: теперь, в конце войны Швеция оставалась одной из немногих нейтральных стран Европы и к тому же бесперебойно снабжала Германию железной рудой. Сам же Рауль Валленберг был членом королевской семьи.

13 января 1945 года вскоре после освобождения Будапешта советскими войсками Валленберг был арестован советской контрразведкой, и после этого след его затерялся. Подконтрольное Советам Радио Будапешта оповестило о том, что шведский дипломат погиб в бою во время наступления Красной Армии.

Существуют разные версии того, как мог произойти его арест. По одной из них Валленберга задержал патруль Красного Креста, после этого — советская контрразведка. По второй — он добровольно явился в советскую стрелковую дивизию и попросил встречи с ее командиром. По третьей — агенты СМЕРШа арестовали Валленберга у него на квартире в Будапеште. Сразу же после войны Швеция неоднократно делала запросы советской стороне по поводу места нахождения своего подданного. И получала ответ, что на территории СССР его нет.

А в январе 1953 года советской стороной был разыгран фарс. В Венгрии была арестована целая группа лиц, якобы причастных к убийству Валленберга. Шла подготовка к показательному процессу в Будапеште: важно было доказать, что Валленберга никогда не было в Советском Союзе, что никто его не похищал, тем более, этого не делали советские военные. Готовился процесс, который должен был доказать, что Валленберг стал жертвой заговора космополитического сионизма. Были арестованы несколько лидеров еврейской общины Венгрии. Этот процесс быстро увял после смерти Сталина в марте 1953 года. И только спустя десять лет Швеция получила ответ: Валленберг был арестован как шпион и переправлен в Москву. Скончался 17 июня 1947 года якобы от инфаркта.

Этот диагноз не должен вводить в заблуждение: так на страницах выдаваемых родственникам узников тюрем и лагерей официальных документов чаще всего «умирали» заключенные советского ГУЛАГа. Смертью от инфаркта или сердечной недостаточности официальные власти часто скрывали факты насильственной смерти.

Что еще можно сказать об обстоятельствах гибели Валленберга? В сети интернета существует версия, которая мне кажется правдоподобной. Вероятно, найти убедительные доказательства шпионажа у контрразведки не получилось. Тогда было принято решение о его ликвидации. Есть сведения о том, что это было выполнено по приказу комиссара СМЕРШа Абакумова С.А. Тело было приказано кремировать без вскрытия, и это наводит на мысль об отравлении. Сам же Абакумов позже был расстрелян, став очередной жертвой кремлевских интриг. В 2000-м году Рауль Валленберг, наконец, был реабилитирован.

В сети интернета есть также сведения о том, что в ордере на арест Валленберга, подписанном Булганиным Н.А., ничего не говорилось о причинах ареста. Позже стало известно, что шведский дипломат был в тюрьме на Лубянке. Булганин подчинялся лично Сталину и действовал только по согласованию с ним. По обнаруженным документам, за всей деятельностью Валленберга в Будапеште велось наблюдение еще в годы войны. Советской контрразведке казалось подозрительным то, что Швеция выдает те самые «охранные паспорта» разным «непроверенным лицам». В СМЕРШе подозревали, что таким образом от расправы пытаются уклониться антисоветские шпионы. Не нравилось контрразведке и то, что Валленберг тесно контактировал с нацистами и американцами. Дипломата серьезно подозревали в шпионаже (спрашивается, в пользу кого и против кого, если в описываемое время Будапешт находился под немецкой оккупацией? — автор).

Кроме неподтвержденного обвинения Валленберга в шпионаже могут быть и другие причины его ареста. Например, по имеющимся сведениям, в автомобиле Валленберга было найдено много золота, доверенного ему евреями во время оккупации Будапешта. Эти ценности нигде не были зарегистрированы и после ареста пропали — скорее всего, «осели» в карманах служащих контрразведки. Так может быть, это еврейское золото и было настоящей причиной его ареста, а «шпионаж» был к делу «пристегнут» в качестве формального повода для ареста?

И последнее. После того, как «шпионаж» не подтвердился, почему же шведский дипломат не был выпущен на свободу для счастливого воссоединения с семьей, да еще с положенными в подобных случаях в цивилизованном мире извинениями? — Потому что это не «по-пацански»: крокодил свою пасть не разжимает. На моей памяти вообще не было случая, чтобы власти СССР перед кем-то извинялись или хотя бы выражали сожаление. Еще чего! Все вы вечно должны благодарить нас за то, что мы спасли вас от нацистского рабства. Мы спасли весь мир, поэтому — вне критики. Кроме того, возвращать бы пришлось не полного сил молодого еще человека, а того, что от него осталось после нескольких лет пребывания в советских тюрьмах. Нет уж, лучше и надежнее ликвидировать, пусть и не виновного: «нет человека — нет проблемы» — кто не помнит этого изречения вождя всех народов? Не виновен? В тюрьму его не за что? — Значит надо убить.

Рауль Валленберг — праведник мира. Он один вместе с небольшой группой добровольных помощников спас от неминуемой гибели, возможно, не меньше евреев, чем вся Советская армия в своем освободительном походе. В его честь воздвигнуты мемориалы, улицы многих городов по всему миру — не только в Израиле — носят его имя. Только не в СССР. Не является ли это обстоятельство косвенным доказательством вины?

Румыния

В википедии и социальных сетях представлена вполне исчерпывающая информация о Холокосте в Румынии, со всеми необходимыми подробностями, и каждый желающий может ее получить. Я же, пользуясь теми же источниками и, по возможности, опуская подробности, постараюсь высветить общую картину того, что творилось в самой Румынии, но, главным образом, — на оккупированных ею территориях во время Второй мировой войны.

Румыния была союзницей Германии, как и Венгрия. Однако геноцид еврейского (и цыганского) населения в этих странах происходил по-разному. Касательно Венгрии — можно сказать определенно: против воли ее правителя Миклоша Хорти, которого, в конечном счете, Гитлер отстранил от власти, взяв в заложники его сына. В Румынии же — под руководством и при активном содействии правителя этой страны Иона Антонеску. Вот, что пишут об этом человеке:

«Как и большинство фашистских лидеров, Ион Антонеску прошел путь от тюрьмы до власти. Он не был политическим лидером. Он принял звание маршала и помпезный титул «Лидер страны». Он сам говорил: «У меня нет политической партии, нет политических последователей». Первоначально в правительство вошли его преданные друзья и лидеры «Железной гвардии». В январе 1941 года по всей стране прокатились погромы, организованные Железной гвардией. Легионеры грабили еврейские дома, пытали их обитателей, увозили их в лес и расстреливали. Восстание легионеров было подавлено, после чего Антонеску стал единоличным правителем страны.

Он не был фанатиком нацистской идеологии. С другой стороны, — как пишут в соцсетях — он говорил, что ни одного еврея не оставил бы в Румынии. В 1940 году, началось ограничение прав румынских евреев, и были запрещены браки между евреями и румынами. В начале войны Антонеску заявил министрам своего кабинета:

«Рискуя, что некоторые традиционалисты среди вас не поймут меня, я — за насильственную эмиграцию еврейских элементов Бессарабии и Буковины. Они должны быть переправлены за границу (заметим, речь не шла об истреблении этих людей — автор). Мне безразлично, будем ли мы выглядеть в истории как варвары. Более удачного момента никогда не существовало в нашей истории. У вас есть мои приказы. Я прошу вас быть беспощадными. Слюнявость, сюсюканье, философский гуманизм здесь неуместны. Давайте воспользуемся преимуществами данного исторического момента и очистим землю Румынии и нашу нацию от всех напастей, которые сыпались на нее в течение столетий. Я говорю вам — тут нет закона! Поэтому без лишних формальностей, при полной свободе действий, отбросив осторожность, если нужно — стреляйте из автоматов! …Таким образом, я предоставляю возможность совершать массовую резню. Я отсиживаюсь в своей крепости, после завершения массовых акций я восстанавливаю порядок».

Первый крупномасштабный погром произошел 27 июня 1941 года в Яссах. Тогда, по данным румынской комиссии, погибло 8000, были арестованы и вывезены из Ясс 5000 евреев. Этих евреев обвинили в коллаборационизме и нападении на румынских солдат.

В начале июля румынская армия начала свое наступление. По мере ее продвижения убивали евреев, и число жертв каждый раз исчислялось десятками и сотнями человек. При вступлении румынской армии в город Черновцы, столицу Буковины, где проживало 50 тыс. евреев, произошли массовые убийства, проводимые совместно румынскими и немецкими солдатами, и в течение двух суток число жертв достигло 2000 человек. Гестапо арестовало 400 ведущих евреев города, которых подвергли пыткам, затем доставили на берег реки Прут и там расстреляли.

На город Бэльц сбросили зажигательные бомбы, и многие евреи бежали от пожаров в соседние города, а там румынские военные их грабили, насиловали женщин и девушек, убивали мужчин. Такое поведение союзников даже возмутило майора Рэнка из штаба немецкой армии. Он послал румынскому начальнику штаба документы об этих преступлениях и предупредил начальников штабов, что такое обращение наносит урон престижу румынской и немецкой армий в глазах мирового общественного мнения. Эта любопытная история свидетельствует о том, что у части немецких боевых офицеров не выветрились еще понятия чести и достоинства.

В августе 1941 года на территории части оккупированных Винницкой, Одесской, Николаевской областей Украинской СССР и левобережной части Молдавской СССР румынские власти образовали административно-терри­ториальную единицу под именем «Транснистрия», расположенную между Днестром и Южным Бугом, со столицей в Одессе. Это образование было ликвидировано советскими войсками в ходе наступательной операции в марте 1944 года. Многие события периода оккупации были связаны именно с Транснистрией. По планам румынской администрации сюда надлежало перевести евреев из Бессарабии и Буковины, а также из Одесского района, чтобы очистить эти территории от еврейского (также и цыганского) присутствия.

Решение этой задачи проходило в несколько этапов. В Бессарабском и Буковинском губернаторствах были образованы концлагеря. В Румынии, а затем в Молдавии и на Украине было арестовано более 36 тыс. цыган, многие из которых стали первыми узниками этих концлагерей, и из них погибло около 11 тысяч. Вслед за ними в эти лагеря начали переводить румынских и местных евреев. Следующим этапом стал перевод узников этих лагерей, в концлагеря Транснистрии, и завершение этой кампании пришлось на начало декабря 1941-го. В новых концлагерях не было построек и пропитания, что привело к массовой гибели узников от голода и холода, а округ Голта в Транснистрии получил неофициальное название «Королевство смерти». Кроме гибели людей по указанным естественным причинам, зимой 1941 — 1942 годов там происходили массовые расстрелы евреев: всего было расстреляно 40000 узников и около 5000 заживо сожжены.

О числе жертв. Согласно оценке румынской стороны, за все время оккупации румынская администрация Буковины, Бессарабии и Транснистрии уничтожила в лагерях 270 тыс. человек. В то же время по другим данным только зимой 1941 — 1942 годов в отдельно взятой Транснистрии было убито 250 тыс. евреев. На оккупированных Румынией советских территориях выжили 50 тыс. евреев и 15 тыс. цыган. При этом именно в Транснистрии уцелело 70% всех выживших во время оккупации СССР евреев. Как это произошло?

После февраля 1942 года румынское командование издало приказ о прекращении массовых расстрелов евреев. В гетто и концлагерях Транснистрии при содействии румынской администрации были сформированы системы управления, также организованы социальные службы и кустарное производство. Оставшимся на свободе румынским евреям было разрешено посылать в Транснистрию продовольственную и иные виды помощи. Финансовую поддержку, начиная с 1943 года, оказывали и зарубежные еврейские организации. Размеры всей этой помощи были невелики, так как нельзя было ожидать особенно значительных взносов со стороны еврейской общины. Ибо сами румынские евреи были доведены до нищеты различными постановлениями правительства Антонеску. Они должны были сдавать часть своей одежды на военные нужды, вносить большую контрибуцию в счет национального военного займа, а также уплатить непомерный налог, в сумме составляющий около 8000000 долларов США. Тем не менее, в бедствующие лагеря и гетто Транснистрии были посланы одежда, соль, уголь, оконное стекло, веревки, гвозди, лопаты и различные инструменты для ремесленников. Сумма, поступившая от американских еврейских организаций, составила около 50000 долларов.

Возникает вопрос: почему же Антонеску, так сказать, сменил гнев на милость, не довел до конца задуманное им дело очистить Румынию от присутствия евреев и даже в оккупированных Румынией областях позволил выжить части из них?

— Из моральных соображений? — у него, безусловно, была своя мораль. Но это противоречит всему, что было сделано до сих пор.

— Из опасения возмездия после того, как Германия и Румыния вместе с ней эту войну проиграют? Такие опасения имели бы под собой почву год спустя, после Сталинградской битвы, когда контуры будущего поражения стран оси уже просматривались. Но не в феврале 1942 года.

Короче, ответа на этот вопрос я не нахожу. Разве что такой. Перед каждым «великим государственным деятелем», коим Антонеску, по-видимому, себя считал, рано или поздно, но обязательно встанет вопрос: а кем он предстанет в глазах потомков? Неужели только извергом рода человеческого, какими бы высокими материями его изуверство не прикрывалось? Это неуютно. Поэтому нужно подпустить и толику милосердия в надежде, что тогда баланс может быть соблюден.

Одесса

До войны в Одессе проживало значительное еврейское меньшинство: 180 тыс. человек, что составляло около 30% от общего числа жителей. С началом войны часть еврейского населения города была призвана в Красную Армию, многие бежали или были эвакуированы. Два месяца осажденный немецко-румынскими войсками город успешно сопротивлялся, мог держаться и дальше. Но когда немцы ворвались в Крым, поступил приказ: Приморской армии оставить Одессу и перебазироваться в район Севастополя. За одну ночь 15 октября Приморская армия на кораблях Черноморского флота была вывезена в Крым, и на следующий день, 16 октября в город вступили румынские и немецкие войска. Когда это произошло, в городе оставалось 250 тыс. жителей, в том числе от 80 до 90 тыс. евреев. Какова была их судьба?

По имеющимся сведениям, уже на следующий день после занятия города, 17 октября было расстреляно от трех до четырех тысяч мужчин, главным образом, евреев. Но самые жуткие события произошли позже.

С началом оккупации города в здании НКВД на ул. Маразлиевской расположилась румынская военная комендатура и штаб румынской 10-й пехотной дивизии. 22 октября 1941 года там произошел взрыв радиоуправляемой мины, заложенной сапером Красной Армии еще до сдачи города. Здание частично обрушилось, и под обломками погибло 67 человек, включая 16 офицеров и среди них — румынский комендант города. Ответственность за взрыв была возложена на евреев и коммунистов, и это послужило поводом для проведения кампании неслыханных в масштабах всей румынской оккупации зверств, жертвами которых стало еврейское население города Одессы.

И тут прослеживается аналогия с событиями, предшествовавшими трагедии Бабьего Яра в городе Киеве. В начале немецкой оккупации города произошли взрывы в домах на центральной улице города Крещатике, в которых расположились немецкие оккупационные учреждения. Мины в дома тогда тоже были заложены заранее советскими саперами. Вину за произошедшее немцы немедленно возложили на евреев, и это послужило поводом для проведения кровавой акции против киевских евреев, о которой знает весь мир. Неизбежно встает вопрос: насколько были целесообразны и адекватны реальному положению вещей действия советских саперов, устроивших фейерверки в городах Киеве и Одессе? Неужели никто не задумался о возможных последствиях их героических действий? Не задумывался, выполняли приказ командования: громко хлопнуть дверью при сдаче города. Этот хлопок начальство оценит, как подобает. А кого в этой ситуации могут беспокоить последствия? — Нам знать не положено, мы выполняли приказ.

Что же последовало за этим взрывом здания — На следующее утро были расстреляны и повешены 5 тыс. человек, чуть позже в портовом сквере расстреляли 19 тыс. евреев, а 5 тыс. согнали в тюрьму, затем 24 октября их поместили в бараки и сожгли.

Другие источники сообщают, что в Одессе в октябре 41-го были заживо сожжены от 22 до 25 тыс. евреев. По свидетельству очевидцев, евреев из здания тюрьмы депортировали на территорию военных складов и поместили в бараки. Это были уже пустые артиллерийские склады Красной Армии на окраине города. По свидетельствам директора музея Холокоста Павла Козленко, оккупанты облили бараки бензином и подожгли. Люди сгорели заживо, а тех, кто пытался бежать из охваченных огнем помещений, расстреливали. Спастись удалось, по меньшей мере, одному человеку — Михаилу Александровичу Заславскому, вся семья которого сгорела заживо. Он вспоминает: «Как только деревянные стропила схватились и прогорели, край крыши просел и образовалась дыра». Через эту дыру ему и удалось выбраться наружу.

По сути дела, об этой трагедии стало широко известно только после развала Советского Союза, ибо в советское время о еврейском геноциде предпочитали хранить скорбное молчание. Одними из первых в мире тему Холокоста подняли сами бывшие узники — так считает член Совета Международного Союза евреев — бывших узников гетто и нацистских концлагерей Роман Шварцман. Под эгидой этой организации была создана единственная на Украине «Аллея праведников мира». Каждая береза на этой аллее, была высажена в честь одного из тех, кто тем или иным способом спасал евреев от уничтожения во время нацистской оккупации. Но находятся «неуловимые» вандалы, которые ежегодно ломают и выкорчевывают саженцы — и приходится высаживать новые. А это, между прочим, — еще один штрих к «заезженной» теме Холокоста.

За черный октябрь 1941 года было уничтожено около 35 тыс. евреев, а с 21 декабря 1941-го по 15 февраля 1942-го были расстреляны еще 44 тыс. евреев, согнанных из Одессы и Одесской области в село Богдановка Березовского района. В проведении акций, кроме румынских солдат, принимали активное участие команда «айнзацгруппы» СС, а также украинские полицейские и местные немецкие колонисты. Но немалое число евреев — одесситов, как и евреев из других оккупированных местностей, погибло не от пули карателей, а от переохлаждения во время их транспортировки зимой в не отапливаемых эшелонах, а также в гетто под открытым небом. Кому удалось выжить? — это те, которых отправили на работу в села: примерно половине из них удалось пережить оккупацию. По данным израильского мемориального центра Яд-ва-Шем, за все время оккупации Одессы в результате массовых казней и депортаций погибло до 99 тыс. евреев из 261 тысяч населения города.

Однако неправильно было бы утверждать, что одесские евреи были лишь безответными жертвами этого чудовищного геноцида. Сообщают, что они участвовали в борьбе одесского подполья и составляли значительную часть бойцов партизанских отрядов, базировавшихся в одесских катакомбах.

Об оккупации города Одессы румынскими и немецкими войсками в советской историографии предпочитали не вспоминать, в отличие, например, от темы героической обороны Одессы. Причину такого избирательного отношения люди сведущие находят в том, что Румыния стала союзницей СССР, объявив Германии войну, когда советские войска подошли к ее границам. Это было актом осознанной целесообразности. А потом Румыния стала частью образованного СССР социалистического лагеря. В этих условиях Румынию обижать не следовало.

И, тем не менее, этот заговор молчания, в том числе — молчания в румынской исторической памяти — нарушили румынские же кинематографисты «новой волны». Режиссер — документалист Флорин Непан поставил фильм «Одесса», кульминационные кадры которого были отсняты в 2011 году, а совместная румыно-германо-украинская кинолента «Одесса» впервые была показана в 2013 году на бухарестском фестивале документального кино One Wored Romania. В числе европейских презентаций фильм был показан на Одесском международном кинофестивале в 2014 году. И, тем не менее, есть сомнение в том, что даже в наше время румынское общество готово к дискуссии на эту тему. По оценке же самого Флорина Нэпана, события первых дней оккупации Одессы стали «самым черным днем румынской истории». В интервью радио «Свобода» он сказал:

«Никто не хочет посмотреть в глаза этому старику (речь идет о выжившем в пожаре 24 октября 1941 года в районе бывших военных складов М.А. Заславском, посетившем Бухарест в 2011 году по приглашению фонда Фридриха Эберта — автор), который ничего не требует от страны, откуда пришли палачи его народа. Историки, политики, журналисты — все, как один, извиняются, что слишком заняты, слишком загружены». И далее:

— «Одесскую бойню не сравнить даже с самыми свирепыми репрессиями против еврейского населения на территориях, вновь включенных летом 1941-го в состав румынского королевства, чьи расовые законы, сколь бы драконовскими ни были, массовых убийств не поощряли. 22 тысячи жизней за неполные три дня. Именно поэтому об Одессе предпочитали молчать. …Особенность в том, что румыны, виновные в не менее тяжких военных преступлениях, чем немцы, в Нюрнберге, однако, не фигурировали. Их судили в коммунистической Румынии». Только по военным преступлениям тогда было вынесено 668 обвинительных вердиктов.

Флорин Непан далее говорит о том, что «уже в начале 90-х мы услышали голоса, призывающие к ревизии даже этих приговоров — не говоря о кейсах бывших легионеров, интеллектуалов — идеологов румынского фашизма и прочих. …Однако в июле 1991-го ничто не помешало нашим парламентариям почтить память диктатора. С тех пор ситуация изменилась…но многие, призывавшие в 90-е годы к реабилитации фашистов, до сих пор с нами. Среди публичных интеллектуалов и сегодня преобладают люди национал-консервативных воззрений». Режиссер продолжает:

«Временами начинаешь думать, что Одесса просто никого не интересует — и чувствуешь себя не менее одиноким, чем 10 лет назад. Хотя здравый смысл подсказывает, что сегодня это игнорирование — скорее форма психологической защиты. …Ведь в каждом румынском учебнике написано, что фабрик смерти режим Антонеску не создавал, что сам…Антонеску в итоге отверг предложение Берлина о депортации оставшихся в Румынии евреев в лагеря уничтожения на польских землях». И далее: «Этих людей убивали иначе — и часто такими способами, в сравнении с которыми удушение «Циклоном В» показалось бы чуть ли ни эвтаназией».

Если говорить о том времени, когда бралось это интервью, то фильм Флорина Непана «Одесса» общественным телевидением Румынии все еще показан не был.

Подведение итогов

До войны в Румынии вместе с Бессарабией и Буковиной проживало 600 тыс. евреев. Источники сообщают, что в 1947 году еврейское население самой Румынии насчитывало 428 тыс. человек, при этом за период между 1944 и 1947 годами часть выживших покинули страну. О чем говорят эти цифры? Они свидетельствуют о том, что геноцид еврейского населения Румынии вовсе не был тотальным, как это имело место, например, в Польше или в Венгрии (когда решением «еврейского вопроса» занялся непосредственно сам Эйхман). Более того, можно ли при таких итоговых цифрах вообще говорить о геноциде евреев собственно Румынии? — Это спорный вопрос. Также известно, что диктатор Румынии Антонеску отказался депортировать румынских евреев в лагеря смерти на территории Польши, на чем настаивали его немецкие «товарищи».

Но, несмотря на это, румынская история Холокоста (а я обозначил лишь общие контуры этой трагедии, не вдаваясь в подробности) была едва ли ни самой позорной и в этом отношении может уступать лишь тому, что происходило на временно оккупированных территориях Советского Союза.

Запад — Восток

Вот что писал упомянутый мною ранее историк Марк Солонин в главе «Катастрофа» своей книги «22 ИЮНЯ. Анатомия катастрофы»:

«История Холокоста дает примеры самых разных вариантов развития событий. Так, полностью отказались участвовать в реализации гитлеровских планов геноцида Финляндия, Испания, Болгария — страны, считавшиеся союзниками фашистской Германии. В Италии и Венгрии массовое истребление евреев началось лишь после оккупации этих стран немецкой армией (соответственно в 1943 и 1944 г.г.) Власти и народ Дании спасли практически всю еврейскую общину своей страны, переправив по морю 8 тыс. человек в нейтральную Швецию.

В поверженной Франции накануне войны проживало около 350 тыс. евреев. Порядка 100 тыс. человек укрыли местные жители и католические монастыри, еще 40 — 50 тыс. евреев тайно переправили в Испанию и Швейцарию. Погибло 83 тыс. человек — менее одной четверти предвоенного еврейского населения Франции. Смогли пережить оккупацию треть еврейских общин Чехии и Сербии. Остался в живых каждый четвертый еврей Бельгии и Нидерландов.

…На оккупированных территориях Советского Союза «пропорция уничтожения» повсеместно превышала 90%. Беспрецедентным по темпам, жестокости и степени вовлечения местного населения стал Холокост в Прибалтике — там было уничтожено до 96% евреев, оставшихся в оккупации. В общей сложности от рук оккупантов и их местных пособников погибло 2825 тысяч советских евреев.

Большая часть уцелевших приходится не на спасенных местными жителями, а на узников гетто в румынской зоне оккупации (так называемая Транснистрия, т.е. территория Украины между Днестром и Южным Бугом). …Что же касается немецкой зоны оккупации, то там погибли практически все не успевшие эвакуироваться евреи».

Для решения «еврейского вопроса» на территорию СССР были направлены четыре «айнзатцгруппы» СС общей численностью около 3000 человек, включая технический персонал. Понятно, что усилиями только этого воинства уничтожить без малого 3 млн. человек (которые при этом всячески скрывались) за время немецкой оккупации не было никакой возможности. Солонин пишет, что та эффективность и тотальность геноцида, достигнутая на советской земле, неопровержимо свидетельствует о том, что эсэсовские палачи нашли здесь необходимое количество пособников из местного населения:

«К сожалению, есть и документы, и факты, и чудом выжившие свидетели таких зверств, которые просто не укладываются в человеческое сознание. Именно палачи и изуверы из числа бывших советских граждан внесли в дело «окончательного решения еврейского вопроса» ту страсть, которой были лишены служащие бездушной машины гитлеровского государства».

Принципиальным же различием в практике осуществления Холокоста между Западом и Востоком Солонин считает то, что на Западе геноцид евреев скрывали, в то время как на Востоке — настойчиво демонстрировали. Евреев Советского Союза, за отдельными редкими исключениями, никуда далеко не возили, а уничтожали прямо по месту жительства, открыто, на глазах населения, с привлечением всех желающих. На возбуждение ненависти к евреям работала вся пропагандистская машина гитлеровцев, начиная с листовок, сброшенных с самолетов над колоннами отступающих красноармейцев, до плакатов, расклеенных в оккупированных немцами населенных пунктах. Всю накопившуюся у населения ненависть к советской власти и ее представителям на местах за все ее «художества» (включая бессудные расстрелы заключенных тюрем) нужно было направить против евреев. И это давало нужные результаты.

Как пишет Солонин, «разумеется, фашистская пропаганда обращалась не к цифрам и фактам, а к застарелым иррациональным антисемитским предрассудкам, соединенным с горячей волной ненависти к коммунистической власти и ее карательному аппарату. Публичное унижение, а затем и зверское истребление евреев должно было, по замыслу гитлеровских оккупантов, разжечь ненависть ко всему, что было связано с советской властью, вовлечь население оккупированных областей в активное сотрудничество с фашистами. И если умчавшееся в комфортабельных автомобилях партийное начальство было далеко, то беззащитные многодетные еврейские семьи были рядом, и на них можно было выместить накопившуюся злобу и отчаяние».

Далее Солонин пишет, что палачи и их активные пособники составляли самое большое 2 — 3% от общей численности населения оккупированных районов СССР. Однако было бы неуместным и фальшивым упрощением реальной ситуации утверждать, что позиция большей части населения была нейтральной. Значительная часть населения, хотя и не участвовала непосредственно в убийствах, спешила занять «освободившуюся жилплощадь» и охотно наживалась на грабеже еврейского имущества, на мародерской торговле, когда за кусок хлеба выменивались фамильные драгоценности. Появились даже люди новой профессии — так называемые «смальцовщики», которые, обнаружив скрывшихся, вымогали у них выкуп за недонесение. Затем, отобрав у жертв все что возможно, они выдавали евреев оккупационным властям.

А что же правительство страны Советов? Что оно предприняло для спасения граждан СССР «еврейской национальности»? Ведь оно не могло не знать об отношении гитлеровцев к еврейскому населению оккупированной Европы и о фактах геноцида советских евреев на занятых немцами территориях СССР с первых же дней войны. Солонин пишет:

«По сей день не обнаружено ни одного документа, ни одного свидетельства того, что советское правительство хотя бы искало пути спасения тех своих граждан, которых в условиях оккупации ждала не тяжелая, безрадостная, голодная ЖИЗНЬ, а жестокая и неминуемая СМЕРТЬ. …Разумеется, вывезти в считанные дни…два миллиона человек было технически невозможно. Констатация этого бесспорного факта не должна умалять значения того, что власти не предприняли ни малейших попыток вывезти хоть кого-то, хотя бы несколько тысяч детей». Более того, как я уже писал, в первые, самые критичные для судеб еврейского населения приграничных областей дни на старой советско-польской границе 1939 года продолжали действовать погранзаставы, которые задерживали всех, у которых не было специального разрешения на выезд или партбилета.

Солонин далее пишет:

«Если спасти хотя бы часть еврейского населения было трудно, а вывезти всех — практически невозможно, то оповестить людей о грозящей им смертельной опасности было достаточно просто. …Но ничего сделано не было. Абсолютно ничего. Даже в тех случаях, когда явно описывается акт массового уничтожения евреев, в газетных статьях использовались или общие формулировки («гитлеровцы согнали к противотанковому рву несколько тысяч мирных советских граждан…»), или идеологически выгодные штампы: «передовых рабочих», «комсомольцев», родителей и жен красноармейцев». …Что же касается официальных заявлений руководителей страны, то первое упоминание о зверских расправах с еврейским населением появилось в ноте Наркомата иностранных дел СССР от 6 января 1942 года. В этом документе целый абзац был посвящен трагедии Бабьего Яра и гибели 52 тыс. евреев Киева. Наконец, 19 декабря 1942 года было опубликовано специальное заявление НКИД: «Осуществление гитлеровскими властями планов уничтожения еврейского населения Европы». «Правда, — пишет Солонин — к моменту выхода этого Заявления оповещать было уже некого. В декабре 1942-го в гетто и концлагерях на оккупированных территориях Советского Союза доживали свои последние дни 250 тыс. узников. Заявление, фактически подводя итоги реализации «планов гитлеровских властей», отнюдь не призывало местных жителей, партизанских командиров спасать тех, кого еще можно было спасти».

А что же предпринимали для своего спасения сами евреи? Почти все они были свидетелями кровавой вакханалии происходивших на их глазах издевательств, убийств их родственников и знакомых, не успевших спрятаться. Вслед за этим еврейское население городов и местечек оккупационные власти сгоняли в гетто, обрекая людей на каторжный труд и полуголодное существование. В этих гетто гитлеровцы регулярно проводили «акции» — групповые (в некоторых случаях до нескольких тысяч человек) расстрелы евреев у заранее вырытых рвов. Сначала оккупанты уничтожали «бесполезных» — т.е. больных, стариков и не приспособленных к тяжелому физическому труду, а также еврейскую интеллигенцию. Оставляли рабочих и мастеров, владеющих полезными профессиями. Затем, через некоторое время убивали и остальных — группу за группой. И гетто ликвидировали, одно за другим.

Немецкая гражданская администрация, тем не менее, нередко вселяла в людей надежду: «пока вы хорошо работаете, никто вас не тронет. Трудитесь добросовестно, выполняйте все распоряжения администрации, и останетесь живы. И даже не умрете с голоду». На часть узников гетто это действовало, ибо надежда умирает последней. Но чем дальше, тем таких доверчивых становилось все меньше, и люди искали способы бегства из гетто. Бежала, прежде всего, молодежь. И как это не покажется странным, на побег их агитировали старики — родители. Свобода давала хоть какую-то надежду на спасение, а оставшиеся все обречены.

(продолжение следует)

Примечание:

[1] Книгу Михаила Корабельникова, главы из которой публикуются в «Старине», можно купить в интернет-магазине Лулу или заказать в редакции.

Print Friendly, PDF & Email

Михаил Корабельников: Путешествие по заезженным дорогам истории: 1 комментарий

  1. Авраам

    Решение Антонеску не посылать румынских евреев в лагеря уничтожения было принято под давлением папского нунция, православных иерархов и королевы матери — они уже испугались будущего поражения

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Арифметическая Капча - решите задачу *