©Альманах "Еврейская Старина"
   2019 года

982 просмотров всего, 12 просмотров сегодня

 Если посмотреть на статистику 1910 года, то подавляющее большинство евреев в Николаеве жить не имело права. И дело было не в том, что они были иностранноподданными ― там вообще мало кому из евреев разрешалось жить. А потому как вариант ― их могли выселить из Николаева, скажем, в Херсон.

Любовь Гиль

200-ЛЕТНЯЯ ИСТОРИЯ МОИХ ПРЕДКОВ И ПОРОДНИВШИХСЯ С НИМИ СЕМЕЙ (ДОКУМЕНТЫ, ПИСЬМА, ВОСПОМИНАНИЯ РОДНЫХ)

Боград, Блох, Фельдман, Куперман, Абрамские, Зайцевы, Шаргородские, Уманские, Стрельцис, Баскины, Позины, Вайнцвайг, Темкины, Гершкович, Каневские, Либерман, Сорокины

(Окончание. Начало в №4/2015 и сл.)

Глава XIII Любовь Гиль
Зайцевы/Зайцовы
Ранее мне была известна лишь фамилия моей прабабушки ― Зайцева, но её имя и отчество оставалось загадкой, казалось, неразрешимой.
В главе VI (Абрамские) я писала: «4 колено ― Гершон-Аншель Нухимович Абрамский, 1837–38 г.р. ― прадед, Ф.И.О. и даты жизни прабабушки неизвестны».
И вот, наконец-то, удалось установить ее имя, отчество, дату и место рождения: Ита Абрамовна-Гершевна Зайцева, родилась в Херсоне в 1839 г. Также установлены имена ее родителей, деда и бабушки. Она была женой моего прадеда Гершона-Аншеля Нухимовича (Григория Наумовича) Абрамского, родившегося в м. Мосты Гродненской губернии в 1838 г.
Он записан в ревизских сказках 1858 г., где указано что, ему было тогда 20 лет. Когда он появился в Каховке, мне не было известно. И до сих пор я этого точно не знаю, хотя сведения о нем прослеживаются в 1875–76 в Мелитополе, там родилась одна из его дочерей. Где же родились остальные дети, точно неизвестно. Моя бабушка (мать моего отца) Нехама Гершон-Аншелевна (Надежда Григорьевна) Абрамская (в замужестве Шаргородская), (1877–1968) до 1904 г. жила с родителями в Каховке. Мы, её потомки, всегда считали, что она там и родилась, однако сейчас не исключено, что это могло произойти в Мелитополе. К сожалению, архивные документы этих мест за исследуемый период не сохранились. Хочу рассказать, как же удалось найти сведения о прабабушке и многочисленном семействе Зайцевых. Недавно на портале «Еврейские корни» Виктор Нафтулович Кумок открыл тему «КАХОВКА» [22]. В этой теме он поместил списки раввинов, старост, казначеев и «ученых» Каховской синагоги в соответствии с хронологией. В этом списке имеется запись о старосте Каховской синагоги Гершоне-Аншеле Нухимовиче Абрамском ― моем прадеде:
«Каховской синагоги Нухимов Гершон Аншель, Абрамский (“Таврические губернские ведомости” № 35 5.09.1896)»
Об этой находке Виктор Нафтулович сообщил мне давно, что позволило узнать не только еврейское имя и отчество прадеда, а в дальнейшем с помощью сайта JewishGen найти имена его предков: родителей, деда и прадеда, а также получить дополнительную информацию о его родных. Это описано в части 2 главе VI «Абрамские» [2].
На этот раз мне очень повезло, в этом же списке встретилась и фамилия Зайцев: «Утверждены староста, казначей и «учёный» для Каховской синагоги: Гесель Зайцев, Монус Гутович Гесин, Хаим Шаев Хаймович (он же раввин), (Хаим Хаимович был раввином синагоги в Перекопе, осуществлял свою миссию также в Армянском Базаре, Каховке и др. местах Таврической губернии ― Л.Г.) («Таврические губернские ведомости» № 45 14.11.1891)»
Стало понятно, что Гесель Зайцев ― староста Каховской синагоги в 1891 г. ― родственник моей прабабушки, жены Гершона-Аншеля Нухимовича Абрамского (старосты Каховской синагоги в 1896 г.). Но какова степень их родства было непонятно, так как имени и отчества прабабушки я не могла нигде обнаружить. Было известно имя Элья-Гешель, одного из ее сыновей. Имя Гесель/Гешель усиливало уверенность, что Гесель Зайцев и Элья-Гешель Абрамский связаны родством. Удача оказалась двойной; так совпало, что ранее исследователем в области истории и генеалогии, Юлией Прокоп, был найден немалый список Зайцовых (потом они стали записываться Зайцевыми) в архиве Херсона, но каким образом их связать с моими предками по линии Зайцевых я не знала. Не знала и то, что это список моих предков, а не их однофамильцев, что именно они и проживали начиная с 1820–30-х гг. в Херсоне. Этот список херсонских Зайцовых я сохранила. Два потока находок позволили установить родословную ветви моих предков Зайцевых/Зайцовых. В дальнейшем В.Н. Кумок сообщил о новых находках об обширном семействе моих родственников Зайцевых.

О фамилиях Зайцев и Зайцов
Известный ученый в области ономастики, Александр Бейдер, о происхождении фамилий Зайцев/Зайцов и местах, где они были приняты её носителями, написал в [23]:
«Наиболее вероятное место происхождения: восточная Белоруссия, места проживания: Зайцов (Могилев), Зайцев (Рогачев, Могилев, Горки, Гомель, Витебск, Велиж, Черкассы, Киев, Канев, Чернигов).
Происходят от:
1) деревень ― Зайцево (уезды: Невель, Витебск, Дрисса, Дисна, Орша) или Зайцы (уезды: Игумен, Борисов, Городок, Невель)
(2) от слова «заяц».
Фамилия моих предков писалась вначале Зайцов, позднее ― Зайцев. Фамилия Зайцов встречается в колонии Бобровый Кут Херсонской губернии, Херсоне, Бериславе, Каховке. Самые ранние записи указывают нам на Нохима Зайцова колониста колонии Бобровый Кут за 1810 г. [21]: «Нохим Зайцов, 43 года», т. е. он около 1767 г.р. Но прямая цепочка с Шмулем/ Шмуэлем Зайцовым, которого пока считаю родоначальником херсонской ветви моих предков, до сих пор документально не установлена.
Вместе с тем, велика вероятность родства Нохима и Шмуля. Нохим Зайцов скорее всего отец Шмуля. Из потомков Шмуля найдены в записях Нухим-Мойсей Абрам-Гершевич Зайцов и Нухим Шевель-Хаимович Зайцов. Имя Нохим характерно для евреев Белоруссии. Те, кто ранее в Белоруссии имел это имя в форме Нохим, Нохом в Херсонской губернии записывались именем Нухим. Поэтому корни семьи Зайцовых (Зайцевых) скорее всего из Могилевской губернии. Как известно из [21], в колонию Бобровый Кут евреи начали переселяться с 1807 г. из нескольких губерний Российской империи, среди них было немало переселенцев из Белоруссии, в частности, из Могилевской губернии.

Родословная
В архивных документах Херсона указано: херсонский купец Шмуль Зайцов в 1829 г. приобрел в Херсоне собственный дом. Откуда он прибыл в Херсон точно неизвестно.
Возможно, из Бобрового Кута. Шмуль Зайцов ушел из жизни в 1853 г. Список херсонских Зайцовых/Зайцевых довольно обширный, привожу список детей и внуков Шмуля/Шмуэля Зайцова:
1-й сын Шмуля ― Херсонский купеческий сын Абрам-Герш Шмулевич (1817–?), жена Песя-Малка Янкелева (?–1855).
Не позднее 1855 г. Абрам-Герш числился бериславским купцом и начал жить семьей в Бериславе, что очень близко от Каховки.
Их дети:
― сын Нухим-Моисей, 1836 г.р., о нем найдены дополнительные сведения: в ревизской сказке евреев Херсона 1858 г. (ф. 22, оп. 1, д. 91, л. 20) под номером 61 значится Моисей Абрамов Зайцов 23 года. Он был перечислен в херсонские 3-й гильдии купцы в 1857 г., но в 1858 г. капитал не объявил и был обращён в мещане. Жена его ― Сося Мордкова, 19 лет.
Примечание.
Ревизия 1858 г., но записи часто производились и в 1859 г. По-видимому, как раз тот самый случай, поэтому возраст Моисея указан не 22 г., а 23 г. Имя в ревизских сказках нередко указывали не двойное, а чаще второе.
― дочь Ита, 1839 г.р., родилась 16 августа по старому стилю /28 августа по новому стилю/ 18 элуля 5599 г. по еврейскому летоисчислению ― моя прабабушка
― сын Евшей (Евсей, Гессель/Иегошуа), 1842 г.р.
― дочь Ента, 1846 г.р., умерла в 1848 г.
― дочь Доба (Дебора/Двора), 1852 г.р.
2-й сын Шмуля ― Херсонский купеческий сын Шевель-Хаим Шмулевич, жена Чарна Зусевна.
Их дети:
― сын Юда-Герш, 1843 г.р.
― сын Нухим, 1845 г.р.
― сын Мошка (Моше, Моисей), 1846 г.р., умер в 1846 г.
― дочь Ента, 1847 г.р.
― сын Зусь, 1849 г.р.
― дочь Двора, 1852 г.р.
― дочь Ита, 1858 г.р., умерла в возрасте 3-х лет в 1862 г.
1-я дочь Шмуля-Кейля.
Кейля вышла замуж в 1838 г. Запись о её браке: «Херсон, 1838 г., жених ― бериславский купеческий сын Пинкус Мордкович Леви, невеста ― дочь херсонского купца Шмуля Зайцова Кейля».
2-я дочь Шмуля ― Ента, умерла в 1846 г. (дата рождения неизвестна).
Из приведенного списка можно видеть: имена дочерей обоих сыновей Шмуэля, братьев Абрама-Герша и Шевеля-Хаима, совпадают: Ита, Ента, Двора (Доба, Дебора, Двойра, Двейра). Безусловно, это не случайно. Согласно еврейской традиции, имена давали в честь умерших предков. В 1846 г. умерла Ента Шмульевна ― сестра Абрама-Герша и Шевеля-Хаима.
У Абрама-Герша в 1846 г. родилась дочь, ее назвали в честь тети Ентой, но она тоже умерла, умерла в детстве в 1848 г. У Шевеля-Хаима в 1847 г. родилась дочь и ее тоже в честь той же тети назвали Ентой.
В 1852 г. у обоих братьев дочери были названы одним и тем же именем ― Двора. Очень вероятно, что незадолго до рождения этих девочек умерла их бабушка, жена Шмуля, имя которой было Двора.
Имя Ита получили дочь Абрама-Герша в 1839 г. и дочь Шевеля-Хаима в 1858 г. Скорее всего, что и они получили это имя в честь умершей близкой родственницы, возможно их прабабушки.
В именах сыновей мы тоже видим совпадения ― у Абрама-Герша сын Нухим-Моисей, у Шевеля-Хаима ― сыновья Нухим и Моисей. Замечу, что и среди других херсонских Зайцовых/Зайцевых встретилось немало повторяющихся имен, что помогает восстанавливать родственные связи. Расскажу, как я устанавливала имя и отчество прабабушки.
Из всего списка потомков Шмуэля Зайцова на роль моей прабабушки подходили только три кандидатуры:
1) Ита Абрамовна-Гершевна Зайцова (Зайцева), 1839 г.р., ее мать Песя-Малка Янкелева.
2) Ента Шевель-Хаимовна Зайцова, 1847 г.р., ее мать Чарна Зусева.
Ита и Ента ― двоюродные сестры, обе внучки Шмуэля Зайцова.
3)В обширном списке Зайцовых из Херсона была еще одна кандидатура на роль моей прабабушки, подходящая по возрасту моему прадеду Г.Н. Абрамскому. Это Хая-Сура Зайцева, 1841 г.р. Ее родители ― отец Иосиф Мошкович, мать Мария Янкелевна. Но эта кандидатура отпала, потому что у прабабушки Зайцевой и прадеда Г.Н. Абрамского была дочь Хая (Клара), а мать и дочь согласно еврейской традиции не могли иметь одно и то же имя. Отец Хаи-Суры, Иосиф Мошкович Зайцев ― родственник Шмуля Зайцова, моего предка, скорее всего его племянник. Если это так, то у Шмуля был брат Мошко/Моше/Моисей. Добавлю сведения об Иосифе Мошковиче Зайцове. В ревизской сказке купцов Берислава 1858 г. значится его семья. Написано, что они находятся в неизвестной отлучке. В предыдущей ревизии 1850 г. семья была записана также. Возраст каждого указан в 1850 г.
Список лиц мужского пола этой семьи:
Иосиф Мошков Зайцов, 1805 г.р.
сыновья:
Мошко, 1830 г.р.
Нухим, 1834 г.р.
Арон, 1835 г.р.
Имена Мошко и Нухим также видим у внуков Шмуля. Родство, безусловно, присутствует между Иосифом, его отцом Мошко/Моисеем и Шмулем. Осмелюсь предположить, что Мошко и Шмуль ― родные братья, дети Нохима/Нухима, земледельца, записанного в колонии Бобровый Кут в 1810 г. Семья Иосифа, вероятно до 1858 года переселилась из Берислава в близко расположенную Каховку или в Херсон.
Но вернемся к потомкам Шмуля Зайцова, моего прямого предка. Дочерей по имени Доба и Двора у обоих братьев, Абрама-Герша Шмульевича и Шевеля-Хаима Шмульевича Зайцовых, я исключаю. Ведь у моих прабабушки Зайцевой и прадеда Г.Н. Абрамского старшую дочь звали Дебора (Двойра, Двора, называли ее Доротея). А мать и дочь не могли иметь одно и то же имя. Предположительно Деборе Гершон-Аншелевне (Доротее Григорьевне) Абрамской имя было дано в честь ее прабабушки по линии ее матери из рода Зайцевых.
Итак, остались две кандидатуры, и нужно было решить, кто же из двух женщин Ита или Ента ― наша прабабушка.
У старшей дочери прадеда Г.-А.Н. Абрамского и прабабушки, Деборы, была дочь по имени Полина. Вот это имя и дает предпочтение версии, что всё же моей прабабушкой была Ита Абрамовна-Гершевна. Ведь мать Иты, Песя-Малка, умершая в 1855 г. в таком случае приходилась бабушкой Деборе Гершон-Аншелевне Абрамской. Поэтому она вполне могла назвать свою дочь в честь бабушки Песи. А имя Песя зачастую русифицировалась именем Полина. Также пришлось задуматься: упомянутый выше Гессель Зайцев ― родной или двоюродный брат моей прабабушки? О нем известно следующее: Гесель Абрамович-Гершевич жил в Бериславе, затем в близко расположенной к Бериславу Каховке.
В ревизских сказках 1850 и 1858 г. записана семья его отца в Бериславе, отец его Абрам-Герш Шмульевич Зайцев перечислен в бериславские купцы, а в Каховке семья жила c 1868 г.
Гессель в 1894 г. с семьей по программе барона Гирша эмигрировал в Аргентину. В 1891 г. он был старостой Каховской синагоги, а в 1896 г., когда его уже не было в Каховке, старостой был мой прадед. Наиболее вероятно, что Гесель Зайцев и Гершон Абрамский были в близком родстве ― шурин и деверь, они имели одинаковый статус и принадлежали одной общине.
Вот еще один аргумент, позволяющий считать именно Иту прабабушкой: по мужской линии Зайцевых имя Гесель (Гешель) в других ветках не встречается. Оно встречается только у сына Абрама-Герша и Песи-Малки, а также у сына моих прадеда и прабабушки. Можно предположить, что это имя в семье идет из рода Песи-Малки Янкелевны (ее девичья фамилия неизвестна).
Еще одно событие косвенно подтверждает версию, что всё же Ита Абрамовна-Гершевна была моей прабабушкой. После 1917 г. сын прабабушки, Симха Гершон-Аншелевич Абрамский, с женой эмигрировал в Аргентину, в 1937 г. они вернулись в Россию. Наверное, не случайно он направился в Аргентину. Там жил его родной дядя с семьей.
Документы о переселении семьи Гесселя в Аргентину подтверждают, что семья осталась там. В то время, как немалая часть семей мигрантов по программе барона Гирша покинула Аргентину и вернулась в Российскую империю.
Из анкеты эмигрантов в Аргентину в 1894 г. [24], л. 530: «Гессель Зайцев, 50 лет, херсонский мещанин, торговец, в Каховке с 1868 года. Жена Малка Дукельзкая (так записано) ― 45 лет, родилась в Кременчуге, у них 5 детей: Шмуль ― 16 лет, Абрам ― 13 лет (ученик шорного мастера), Моисей ― 11 лет, Шлиома ― 6 лет, Хана ― 5 лет»
Все перечисленные дети родились в Каховке, но возможно в семье были еще и взрослые дети.
Семья Гесселя Абрамовича-Гершевича Зайцева, отправившаяся в Аргентину в 1894 г.
1. Гессель Абрамович-Гершевич Зайцев ― глава семьи.
2. Жена Гесселя ― Малка Зайцева (урожденная Дукельская).
3. Сын Гесселя ― Шмуль (Шмуэль, Самуил).
4. Сын Гесселя ― Абрам.
5. Сын Гесселя ― Моисей.
6. Сын Гесселя ― Шлиома (Шломо, Соломон).
7. Дочь Гесселя ― Хана.
Захоронения Зайцевых в Аргентине согласно Jewishgen:
1. Авраам Зайцев (1881–30 авг. 1958).
2. Ханна Зайцев (1888–28 янв. 1938).
3. Малка Зайцев (1849–25 июля 1897).
4. Мойше Зайцев (1883–? ― не указана дата смерти).
Захоронение Гесселя Зайцева ― главы семьи ― в список не внесено.
Но есть захоронения еще троих Зайцевых, возможно родственников, похороненных в Буэнос-Айресе:
1. Роза Эндельман (девичья фамилия Зайцева) ― (18 января 1918–2 февраля 2004), умерла в возрасте 86 лет.
2. Адела Зайцев (девичья фамилия Нудельман) ― (10 октября 1950–29 марта 1994), умерла в возрасте 44 лет.
3. Адольфо Зайцев (2 ноября 1916–19 июня 2003), умер в возрасте 87 лет.
Согласно анкетам эмигрантов в Аргентину еще несколько семей Зайцевых из Каховки должны были эмигрировать, но передумали ли они, либо возвратились снова в Российскую империю неизвестно. Во всяком случае, на сайте [25] (стр. 78) в списке переселенцев в Аргентину из Зайцевых записана лишь семья Гесселя. Фамилия записана так ― Saitzeff, имя Гессель записано ошибочно Бессель.
Ещё представители обширного семейства Зайцевых, взятые из списка семей, заполнивших анкеты на переселение в Аргентину по программе барона М. Гирша, 1894 г. [24].:
1) л. 467.
Иосиф Зайцев, 21 год, (1873 г.р.) херсонский мещанин, живёт в Каховке, торговец.
Жена Эстер Затуловская, родилась в Мелитополе, 20 лет, детей нет.
2) л. 472.
Каган Арон-Герш, 28 лет, херсонский мещанин, в Каховке с 1879 г., торговец.
Жена ― Черна-Бася Зайцева 24 г., (1870 г.р.), родилась в Каховке.
Дочери ― Двейра-Кейла 3 г., Сима 2 г., родились в Каховке.
3) л. 522.
Шамай Зайцев, 20 лет, (около 1874 г.р.) херсонский мещанин, в Каховке с рождения.
Жена ― Хая Абрамская, 18 лет (около 1876 г.р.), родилась в Мелитополе, детей нет.
4) семья Гесселя Зайцева, л. 530 (см. выше).
Очевидно, Иосиф, Черна-Бася и Шамай Зайцевы ― родственники семье Абрама-Герша, моего прапрадеда. Судя по именам, Черна-Бася из потомков Чарны Зусевны и Шевеля-Хаима Шмулевича, брата Абрама-Герша. Иосиф ― потомок, по всей видимости, внук Иосифа Мошковича Зайцова/Зайцева, 1805 г.р.
Мое внимание в этом списке привлекла запись о паре молодоженов [3] ― Шамае Зайцеве, 1873–1874 г.р. и Хае Абрамской, 1875–1876 г.р. Чей потомок Шамай Зайцев установить сложно, отчество его не указано, имя Шамай среди обширного семейства встретилось впервые, оно пришло к нему, по-видимому, от предков его матери. А вот его жена, родившаяся в Мелитополе Хая Абрамская ― родная сестра моей бабушки. Её называли в семейных разговорах Клара, но это имя часто было русифицированным вариантом имени ― Хая. Но, кроме того, дочь Клары (Хаи) в переписке с бабушкой на конвертах писала Сима Зайцева (Сима замуж не выходила, значит ― фамилия девичья), она ― дочь этой пары. У них еще была дочь Тамара. Когда стали известны некоторые подробности о предках по линии Зайцевых, я так и думала, что Клара (тогда еще не знала ее еврейского имени) была замужем за родственником, теперь можно сказать, что, скорее всего, троюродным братом. Относительно семьи Хаи и её мужа Шамая точно известно, что либо они не тронулись в Аргентину, либо вскоре вернулись. Их дочери жили на Украине в XX веке, Сима жила в Крыму, а Тамара в Одессе.
В связи с этой находкой стало ясно, что до Каховки мой прадед Г-А.Н. Абрамский какое-то время жил с семьей в Мелитополе, там же, где и его брат Ю.Н. Абрамский.
В 1858 г. прадед еще жил в Мостах Гродненской губернии, оттуда он видимо переселился в Херсон, там женился на Ите Абрамовне-Гершевне Зайцевой, потом они переселились в Мелитополь, а из Мелитополя к родным жены в Каховку. Его брат, Юлий Наумович, тоже жил и в Херсоне, и в Мелитополе.
Моя бабушка Нехама (Надежда) Абрамская родилась 28 октября 1877 г., из сестер она была младшей, Дебора (Доротея) была старшей, Хая/Клара средней сестрой. Хая родилась в Мелитополе, а где же родилась моя бабушка? Мы, все ее потомки, всегда считали, что в Каховке, но теперь мне это не кажется точным. Всё зависит от даты переселения семьи прадеда Абрамского в Каховку, было ли это до рождения бабушки или после.
В [2] написано об уничтоженных в Евпатории родственниках: «Ранее я писала о поисках большой семьи родных моей бабушки Н.Г. Абрамской (по ее женской линии), чтобы записать их в «Яд ва-Шем». Эта семья ― отец, мать, 6 дочерей и неизвестное мне количество внуков ― была уничтожена фашистами в 1941 г. в Евпатории в ходе карательной акции. Но одна из их дочерей, Вера, 1906 г.р., двоюродная племянница бабушки, до войны жила в Харькове и успела эвакуироваться…»
«…в списках эвакуированных сайта Яд ва-Шем я обнаружила Аллу Семеновну Пейсахзон, 1931 г.р. и ее маму, Веру Лазаревну Шинфилкину, 1906 г.р. Выяснилось, что они были эвакуированы в Тюмень. Так я узнала фамилию и отчество Веры».
Теперь, когда найдена родословная Зайцевых ― женская линия моей бабушки, можно твердо сказать, что Вера Шинфилкина приходилась внучкой Добе (Двойре/Двейре) Абрамовне-Гершевне Зайцевой, 1852 г.р. ― родной сестре моей прабабушки Ите Абрамовне-Гершевне Зайцевой. Вера по всей видимости и была названа в честь ее бабушки. Как известно, еврейское имя Двора/Двойра/Двейра русифицировалось чаще всего именем Вера. В семейных преданиях мать Веры и моя бабушка были двоюродными сестрами, дочерями двух родных сестёр. Я помню, когда двоюродная сестра моего отца Сима Зайцева приезжала из Крыма в гости к бабушке и тете в Харьков, она ходила в гости нам, к дяде и к семье Веры. Тогда папа мне и сказал, что Сима тоже родственница Веры, что Вера ― его троюродная сестра, а ее дочь Алла приходится мне четвероюродной сестрой. Мне тогда было лет двенадцать, очень жаль, что не спросила папу об именах и фамилиях всех родственников. Теперь понятно, что Сима по линии ее матери приходилась и Вере троюродной сестрой. Но Сима была еще и дальней родственницей Вере, бабушке и ее потомкам по линии ее отца Шамая Зайцева. Всё стало на свои места. Однако имени матери Веры и шести её дочерей я так и не узнала, потому до сих пор и не могу их записать в «Яд ва-Шем». Записала лишь отца Веры, Лазаря Шинфилкина, указав в анкете, что вместе с ним уничтожена его жена (о ней теперь известно лишь то, что она была дочерью Добы/Двойры Зайцевой) и шесть их дочерей с неизвестным мне числом его внуков. Я просмотрела архивные записи по Евпатории начала XX века, но Шинфилкиных (или Шейнфинкелей, так как фамилия Шинфилкин вполне может быть искажением фамилии Шейнфинкель) не нашла. Возможно, их семья переселилась в Евпаторию из Каховки после революции, а по Каховке документы, к сожалению, не сохранились.
Родственники или однофамильцы
В начале XIX века мои предки имели фамилию Зайцовы. Нашлись и другие Зайцовы в разных местах Российской империи в ревизиях того времени, имена которых частично совпадают с именами нашего рода.
Привожу их список.
Из ревизий 1816 г.
1) «Радомысльский уезд Киевской губернии, 1816 г.
Зайцов Абрам Мошков, 45 лет (т. е. 1771 г.р.), цеховой (в предыдущей ревизии 1808 г. указан возраст 37 лет), в ревизии 1816 г. указано: находится в неизвестной отлучке,
начиная с 1814 г.
Жена Абрама ― Сима ― 40 лет,
сын Абрама ― Лейба пропущен в предыдущей ревизии, 25 лет,
дочь Абрама ― Рыва ― 22 года.
2) «Сосницкий уезд Черниговской губернии, 1834 г.
Зайцов Шмуль Аронов, 48 лет (т. е. 1786 г.р.),
Жена Шмуля ― Дита, 45 лет,
сыновья Шмуля:
1-й ― Лейба, 27 лет (т. е. 1807 г.р.),
жена Лейбы ― Доба, 25 лет (1809 г.р.),
дочери Лейбы:
1-я ― Фейга, 9 лет,
2-я ― Фрума, 2 года,
2-й ― Залман, 21 год, (1813 г.р.),
3-й ― Мовша, 18 лет (1816 г.р.),
дочери Шмуля:
1-я ― Мелим ― 13 лет,
2-я ― Фрума ― 2 года».
Эта же семья была записана там же в 1816 г.
Еще один сын Шмуля Ароновича Зайцова из Сосницы жил уже отдельно от родителей со своей семьёй. Из той же ревизии 1834 г.:
Аврам Шмуилов Зайцов ― 24 г., (1810 г.р.),
жена Аврама ― Спринца ― 25 лет (1809 г.р.),
сыновья Аврама:
Зальман ― 5 лет,
Лейба ― 3 года,
Ицка ― 2 года.
В отдельном списке детей Сосницы записан еще один Зайцов ― Арон Израилев Зайцов ― 1 год.
Шмуль Аронов Зайцов из Сосницы ― тезка моего прапрапрадеда Шмуля Зайцова из Херсона, у каждого из них были сыновья с именем Абрам/Аврам. Мой прапрадед, Абрам-Герш Шмульевич Зайцов, 1817 г.р. и Аврам Шмуилов Зайцов, 1810 г.р. из Сосницы ― почти ровесники. Нельзя исключать, что их отцы, оба Шмуля могли быть двоюродными братьями.
3) Записи Зайцовых из Могилева, взятые из сайта JewishGen.
1. Запись о рождении:
«Могилев, 7.04.1855 (1-го ияра)
Отец ― Залман сын Нисена Зайцов,
Мать ― Рохля-Двора дочь Лейба,
родился сын Юдка/Йеhуда»,
2. Из списка отцов, у которых рождались мальчики в Могилеве, имя матери и сына не указано:
в 1878 г. у Абрама-Лейба Зайцова родился сын,
в 1884 г. у Менделя Зайцова родился сын.
3. Запись о смерти:
«11.06.1873, Могилев,
Зайцов Нисон сын Юдки скончался в возрасте 20 лет».
Нисон Юдкович Зайцов (1853–1973).
4) Из книги «Вся Россия», 1900 год:
«Могилевская губ., Краснополье, Торгово-промышленные предприятия, Аптека, Зайцев Есель Борухович]» [26].
Возможно все приведённые мной Зайцовы или часть из них, позднее писавшиеся Зайцевыми, связаны родством и являются переселенцами из Могилева и Могилевской губернии в сторону юга Российской империи.
Мои прямые предки по ветви Зайцевых
1 колено
Шмуль Зайцов (?–1853) ― прапрапрадед, предположительно его отцом был Нохим Зайцов,
прапрапрабабушка ― предположительно Двойра.
2 колено
Абрам-Герш Шмулевич Зайцов/Зайцев ― прапрадед,
Песя-Малка Янкелевна (?–1855) ― прапрабабушка.
3 колено
Ита Абрамовна-Гершевна Зайцева, 1839 г.р.― прабабушка
Гершон-Аншель Нухимович Абрамский, 1837–38г.р. ― прадед.
4 колено
Нехама Гершон-Аншелевна (Надежда Григорьевна) Абрамская-Шаргородская (1877–1968) ― бабушка,
Фридман Лейзерович Шарогородский (1858–1924) ― дед.
5 колено
Лазарь Фридманович Шаргородский (1907–1972) ― отец,
Нехама (Анна) Моисеевна Блох-Шаргородская (1905–2000) ― мать.
6 колено
Любовь Лазаревна Шаргородская-Гиль, 1947 г.р. ― я.

Глава XIV(VII)
Шаргородские
О ветви моих предков Шаргородских немало написано в [2]. В архивных документах фамилию писали в нескольких вариантах ― Шароградские, Шарогродские, Шарогородские. Вариант Шарогородский ― предпоследний, в XX веке мы ― Шаргородские. Одной, казалось бы, неразрешимой задачей было установление имени моего прапрадеда. И, вот наконец-то, я узнала имя своего прапрадеда, его звали Лейб.
Прапрадед Лейб Шарогородский
Установить имя прапрадеда позволила новая находка. Юлией Прокоп были найдены записи о купце Моисее Лейбовиче Шарогородском, родном брате моего прадеда Лейзера Шарогородского в документах: «Общий список присяжных заседателей по Перекопскому уезду на 1872 г.»,
«Список лиц, имеющих право участвовать в городских выборах в Перекопе».
Я уже писала, что у моего прадеда Лейзера были братья Мошей (Моисей) и Давид. Но нигде в архивах из Перекопа не было указано отчество ни одного из трех братьев, перекопских купцов Шарогородских. Была лишь моя гипотеза о том, что их отца звали Лейб. И она подтвердилась. Гипотеза была основана на том, что в 1875 г. у Лейзера родился сын Лейб (внук Лейба 1-го) и в это же время у его сына Янкеля Лейзеровича родился сын Лейб (правнук Лейба 1-го, внук Лейзера). Но имя Лейб достаточно распространенное, поэтому все было на уровне гипотезы. Теперь ― точное попадание!
Что о прапрадеде Лейбе Шарогородском известно нам, его потомкам, сегодня? Был он перекопским купцом, как и трое его сыновей Лейзер, Моисей и Давид. Возможно, были у него еще дети, но в архиве синагоги Перекопа их найти не удалось. Гипотетически они могли жить и в других местах, в частности, по одной из моих версий Зельман Лейбович из Николаева, которого переселяли в Измаил (затем он возвращался в Херсон и снова в Николаев) тоже мог быть его сыном. Если же у него были и дочери, то их по записям из Перекопской синагоги выявить невозможно, ведь при рождении детей там записывали имя, фамилию отца и только имя матери. В ограниченном по времени диапазоне и малом числе доступных записей о браке никого из девушек Шарогородских не нашлось. Однако, найдена запись о браке в Херсоне: «4 хешвана 5600 г., 30 сент. (ст. ст.) 1839 г. Жених ― холост, мещанин из Богуслава Ицхак сын Якова Штейн, портной, 20 лет. Невеста ― девица, Херсонская мещанка Юдис (Иеhудит, Юдифь) дочь Лейба Шаргородского, портного, 17 лет» Дочь Лейба Шаргородского из Херсона, Юдис, приблизительно 1822 г.р., мой прадед Лейзер Лейбович Шарогродский тоже предположительно родился в 1820-х гг. Появилось предположение: возможно Лейб из Херсона, отец Юдис, и есть мой прапрадед. В таком случае он в 1839 г. и, возможно, ранее жил в Херсоне, а позже из Херсона переселился в Перекоп.
Еще один архивный документ: «1838 г., Херсон. Умер мальчик Нисен Реувен сын здешнего мещанина Лейба Шаргородского».
Один и тот же Лейб Шаргородский ― отец Юдис и отец Нисена-Реувена? Во всяком случае, документы свидетельствуют о том, что члены семьи (или семей) Лейба (или двух Лейбов)
в 1838, 1839 гг. жили в Херсоне в отличие от семей Шаргородских, выселенных из Николаева, большинство из которых попали в Измаил.
Упомянутый выше Зельман Лейбович, 1823 г.р., прибыл в Измаил с бабушкой и дядей. Его отец не записан среди переселённых из Николаева в Измаил. Не исключено, что Лейб Янкелевич Шаргородский, отец Зельмана, (подробней в части 2, главе VII, [2]) ― он же отец Юдис и Нисена-Реувена, и согласно одной моей пока не подтверждённой версии, отец моего прадеда Лейзера Лейбовича и его братьев Моисея и Давида Лейбовичей.
Мой прапрадед, Лейб Шарогородский, начал жить в Перекопе не позднее 1850‑х гг., там он пустил свои корни, при его жизни у его сыновей рождались дети, возможно и внуки. Точные даты его рождения и смерти неизвестны, можно очертить лишь приблизительные ― (рождение ― конец XVIII ― начало XIX ― смерть 1865–1872).
Мы, потомки Лейба Шарогородского моего поколения, являемся его 5-м поколением. По-прежнему не удается установить точную дату переселения и место исхода прапрадеда Лейба в Перекоп. Это и остаётся предметом дальнейших исследований и поиска.
Обо всех версиях уже написано в [2]. Но в чем мы можем быть уверенными ― его предки, возможно и ближайшие ― отец и дед, были жителями Шаргорода, временными или постоянными.
Однако, недавно удалось найти запись 1811 г. из села Поповцы Могилевского повета Подольской губернии ― [27]: «Янкиль Лейзурович (т. е. Янкель Лейзерович ― Л.Г.) Шаргородский, 41 год в 1811 году (т. е. он 1770 г.р.)». Поповцы находятся довольно близко от Шаргорода. Возможно, он получил там свою фамилию, указывающую на то, что он переселился туда из Шаргорода. Гипотетически этот человек ― Янкель Лейзерович мог приходиться отцом моему прапрадеду Лейбу (Лейб родился в период от 1790–1800). Кстати, известно, что отцом упоминаемого выше Зельмана Шаргородского был Лейб Янкелевич. Имя моего прадеда Лейзер, Лейзер родился в период 1820–1825; если придерживаться именно этой версии, то мой прадед Лейзер Лейбович ― правнук Лейзера, отца Янкеля. У прадеда Лейзера был сын Янкель Лейзерович, 1847 г.р., в таком случае, он правнук Янкеля Лейзеровича, 1770 г.р., проживавшего в 1811 г. в Поповцах, находящихся в 20 км от Бара. Еврейская традиция давать сыновьям имена дедов и прадедов в семье моего прадеда строго соблюдалась. У него был младший сын Лейб Лейзерович, 1875 г.р., получивший имя в честь деда, а также внук Лейб Янкелевич, 1873 г.р., получивший имя в честь прадеда.
Нельзя исключать в таком случае, что в Перекоп мои предки переселились прямо из Подолии. Хотя они могли вначале из Поповцов переселиться в другое место, в частности, в Николаев или Херсон и уже оттуда попасть в Перекоп. Так ли это? Если эта версия подтвердится, то можно будет считать, что имена предков по мужской линии, для которых я являюсь 6-м поколением ― Янкель и 7-м ― Лейзер.
Ко всем фотографиям потомков Лейба, Лейзера и Фридмана Шарогородскх/Шаргородских, помещенных в[2] (глава VII) добавляю фото моей двоюродной сестры Аллы Григорьевны Шаргородской-Бердичевской с ее мужем и внучкой.

Справа налево ― Алла Бердичевская, Алина Дизик, Валерий Бердичевский, Чикаго, 2008 г.

Справа налево ― Алла Бердичевская, Алина Дизик, Валерий Бердичевский, Чикаго, 2008 г.

Братья деда ― Лейб и Давид
У моего деда Фридмана (Фрида) Лазаревича Шарогордского были младшие братья, о них тоже найдены новые сведения.
Появилась новая информация о самом младшем брате моего деда, Лейбе Лейзеровиче (Льве Лазаревиче) Шаргородском (1875–1916) в записи о его браке из архивных документов Симферополя.
«Симферополь, 7 ноября 1908 г. по старому стилю, 26 хешвана 5669 г. по еврейскому летоисчислению. Жених ― Перекопский мещанин Лейба Лейзеров Шаргородский ― холост, 33 лет, вступил в брак с девицею дочерью Быховского мещанина Генею Иосифовной Хавкиной, 26 лет». Ранее было известно, что родился он в Перекопе в 1875 г., запись о его рождении была произведена в Перекопской синагоге. В ней он тоже записан по-русски Лейба, а по-еврейски ― Лейб. Также были известны обстоятельства его кончины в 1916 г.: он был ограблен и убит. Из рассказов моего отца у Льва был сын, звали его Лазарь, как и моего отца. Оба получили это имя в честь их деда. Но я полагала, что двоюродный брат отца, Лазарь Львович Шаргородский, старше моего отца, Лазаря Фридовича Шаргородского, 1907 г.р. Но это оказалось не так, о чем свидетельствует запись о вступлении в брак родителей Лазаря Львовича, несколько меняющая прежние представления. Стало ясно, что Лейб Лазаревич Шаргородский в начале XX века жил в Симферополе. Кроме того, теперь известны Ф.И.О. его жены ― Геня Иосифовна Хавкина, ее год рождения ― 1886-й, а также, что ее корни из Быхова.
Мой отец рассказывал о том, что его дядя Лёва с семьей нередко приезжал к ним в гости в Армянск, а вот откуда они приезжали, я не знала. Как оказалось, из Симферополя. Из семейных преданий жена и сын Льва (Лейба) после его гибели покинули Крым и переселились в Петербург, но есть и иная версия ― в Ташкент. А может быть переехали еще куда-то или остались в Симферополе.
В Симферополе жил еще один брат моего деда, рано ушедший из жизни, Давид Лазаревич Шаргородский, родившийся в 1867 г. Он скончался 25 декабря 1903 г. (7 января 1904 г. по новому стилю). Судьба Давида поистине трагическая. Двое его детей, дочь Белла и сын Моисей умерли в младенчестве, а за год до его смерти родилась дочь Лея, дальнейшая судьба которой оставалась неизвестной. Но еще одна новая находка прояснила, что Лея тоже умерла в 1916 г. в Симферополе. Потомков от Давида не осталось, к великому сожалению.

Родственники или однофамильцы
Версия о родстве нашего рода Шаргородских с Шаргородскими из Херсонской губернии пока не доказана, но и не опровергнута. Поэтому по-прежнему для меня представляют интерес судьбы однофамильцев или возможных родственников. Расскажу о новых находках, в которых я обнаружила дополнительные сведения о них. Описание событий более чем столетней давности, дающие обширную информацию к размышлению, представляет не только интерес генеалогов, важна и историческая канва описываемых событий.

Шулим-Лейзер Шаргородский
Новая находка о Шулиме-Лейзере Исааковиче Шаргородском добавила новую страницу и вместе с тем посеяла сомнения в вопросе идентификации его личности.
В «Обзоре полицейских дознаний» обнаружились сведения:
1. «Шаргородский присоединился к кружку 3-й Одесской гимназии еще в 1884 г.»
Кружок проводился на квартире Шаргородского [28].
2. 1887 г. Дело Хмелевцева. По этому делу представлен обширный список участников. Шаргородский под № 34 [29]. «Шаргородский Шулим-Лейзер Ицков, 24 лет, еврей, одесский мещанин, воспитывался в Одесском Коммерческом училище, оттуда вышел в 1882 г. не окончив курса; проживал в Одессе при родителях».
В постановлении о высылке указано, что он высылается в Восточную Сибирь на 5 лет под надзор полиции.
Напомню: ранее в части 2, главе VII, [2] я писала о Шулиме-Лейзере Шаргородском:
1) Из нескольких находок, обнаруженных в архивах синагог города Николаева: «1894 год ― холост, Одесский мещанин Шулим-Лейзер Абрамов Шаргородский (30 лет) вступил в брак с девицей Сурой-Перель (28 лет) дочерью Балтского купеческого внука Вольфа Дашевского (он же Донашевский) как умершего».
2) Рождение детей у этой пары:
1895 г. ― сына Симона,
1898 г. ― дочери Зинаиды, которая вышла замуж в 1918 г. за николаевского мещанина Цемаха Вульфовича Ривкинда,
1903 г. ― дочери Елизаветы, вышедшей замуж за Иосифа Мошковича Браславского, студента Петроградского университета».
Посмотрим на список евреев из архива Одессы [30]:
1. Абрам Менделевич Шаргородский, Одесса, 1913 г.
2. Жак Иосьевич Шаргородский, Одесса, 1914 г.
3. Иось Шаргородский, Одесса, 1893 г.
4. Товий Ицкович Шаргородский, Одесса, 1893 г.
5. Хаим Абрамович Шаргородский, Одесса, 1894 г.
6. Шулим-Лейзер Абрамович Шаргородский, Николаев, Потемкинская 4, 1914 г.
7. Янкель Шулимович Шаргородский, Одесса, 1899 г.
Мы видим, что и здесь Шулим-Лейзер имеет отчество Абрамович. Несомненно, эти документы о Шулиме-Лейзере Абрамовиче Шаргородском, 1864 г.р., проживавшем в Николаеве и имевшем приписку одесского мещанина.
С другой стороны, имеются сведения в интернете о Шулиме-Лейзере Моисеевиче Шаргородском [31].
Известно, что он скончался в 1922 г., в 1890-х годах был политическим ссыльным. Он автор статьи «О последних днях путешествия по Сибири Ивана Дементьевича Черского». Указано, что статья была прочитана на заседании физико-математического отделения Академии Наук, 16 декабря 1892 г.
В [32] Александр Парвус писал о том, что сосланный впоследствии в Якутию Шулим-Лейзер Моисеевич Шаргородский позднее жил в Николаеве.
«Самуил (Шулим-Лейзер) Моисеевич Шаргородский. Из одесской мещанской семьи. В 1889 г. за участие в народническом революционном кружке был сослан в Восточную Сибирь. Отбывая до 1894 г. ссылку в селе Родчеве на Колыме, занимался агрономическими и географическими исследованиями. После возвращения из ссылки жил в Николаеве, состоял под надзором полиции. Член партии социалистов-революционеров. В годы Первой мировой войны работал секретарем биржевого комитета Николаевской хлебной биржи. Являлся местным уполномоченным Петроградского комитета общества охранения здоровья еврейского населения. Умер в 1922 г.»
Возникает сомнение в том, что Шулим-Лейзер Моисеевич, Шулим-Лейзер Ицкович (Исаакович) и Шулим-Лейзер Абрамович Шаргородские ― один и тот же человек. Не исключено, они разные люди, возможно двоюродные или троюродные братья. Однако, представляется весьма реальным, что высланный в Сибирь одесский мещанин Шаргородский Шулим-Лейзер Ицкович (Исаакович), (24-х лет в 1887 г., т. е. приблизительно 1863 г.р.) и Шулим-Лейзер Моисеевич Шаргородский ― один и тот же человек. Скорее всего, его отец имел двойное отчество ― Исаак-Моисей или Моисей-Исаак.
Не удивлюсь, если окажется, что в одном из документов произошла ошибка в написании отчества и выяснится, что Шулим-Лейзер Абрамович имел двойное отчество Абрамович-Моисеевич или Абрамович-Исаакович. Есть еще одна возможность ― у отца Шулима-Лейзера было тройное имя Абрам-Исаак-Моисей, что тоже встречается, но довольно редко.
У моего прадеда Лейзера Лейбовича Шарогородского было 11 детей, мне известны имена только шести из них. Имена еще пятерых его сыновей от первого брака пока неизвестны. Вероятно, что кто-то из них мог жить в Одессе. Поэтому привожу еще одну запись из списка купцов 2-й гильдии Одессы, 1890–1891 гг.: «Шаргородский Волько, Большая Арнаутская, владеет собственным домом» [30].
Связаны ли перечисленные Шаргородские родством с моим прадедом, Лейзером? Пока не удается установить точно, но надеюсь, что, всё же, в будущем что-то прояснится.

Два семейства Шароградских/Шарогродских из Николаева

Генеалогическая справка
Возвращаюсь к двум большим разветвленным семействам Шаргородским (они же Шарогородские/Шароградские/Шарогродские), проживавших в Николаеве начиная с конца XVIII века ― первой половины XIX века.
Одна из больших николаевских семей (1-я семья) появилась в Николаеве в конце XVIII века, она записана в Ревизских сказках (посемейной переписи) 1811 г. города Николаева. Её родоначальником был Давид Абрамович Шарогродский, который записан в Николаеве еще в 1795 году.
Другая семья (2-я семья) появилась в Николаеве из Бердичева в 1826 г., в частности, в архиве Николаева была найдена запись о появлении Ицко Юдковича Шаргородского из Бердичева в 1826 г. А недавно в обнаруженных Ревизских сказках по Бердичеву за 1834 г. есть запись:
«Товье Юдкович Шароградский, 1798 г.р. (18 лет в 1816 г., 36 в 1834), (кушнирский цех), жена его ― Фрейда , 36 лет, сын ― Абрам-Янкель ― 10 лет (1824г.р.), дочери ― Идес ― 16 лет, Хая ―14 лет, Сура ― 7 лет. Брат Товье ― Ицко Юдкович Шароградский 14 лет в 1816 г. (т. е. 1802 г.р.) исключен из бердичевских цеховых мещан 20 января 1826 г. в Херсонскую губернию».
То есть записи в Бердичеве и Николаеве о переселенце из Бердичева в 1826 г., Ицко Юдковиче Шароградском (Шарогродском), соответствуют друг другу и свидетельствуют о том, с какой тщательностью власти следили за миграцией евреев внутри Российской империи.

Илья-Товий Янкелевич Шаргородский
В главе VII части 2 [2] я писала:
«Среди многих Шаргородских, документы которых обнаружены в архивах синагог Николаева конца XIX века ― начала XX века значится измаильский мещанин Румынско-Молдавский подданный ― Тевель (Илья-Товий) Яковлевич (Янкелевич) Шаргородский.
У него были сыновья:
от 1-й жены Пейрель-Хаи ― Исаак-Соломон, 1883 г.р.,
от 2-й жены, Клары ― Яков, 1888 г.р., Абрам-Моисей, 1890 г.р., Борис, 1893 г.р.»
Сейчас я должна уточнить: у Ильи-Товия Янкелевича Шаргородского была одна жена Хая-Перель. Она изменила свое имя Хая именем Клара. Еврейское имя Хая русифицировалось, как правило, именем Клара.
В записи о рождении их сыновей Якова и Абрама-Моисея имя матери записано Клара, а в записи о рождении сына Бориса имя матери первоначально было записано Пейрель-Хая, затем оно зачеркнуто и исправлено на Клара. В этой же записи Илья-Товий вначале записан как Херсонский мещанин, однако исправлено на Румынско-Молдаванский подданный. К этому факту мы еще вернёмся.
Необходимо внести ясность о происхождении самого Ильи-Товия (Эльи-Тевеля) Янкелевича. Если ранее я предполагала, что он с большей вероятностью сын Янкеля Янкелевича из 2-й семьи, появившейся в Николаеве из Бердичева, то теперь можно утверждать, что он был сыном Янкеля Абрамовича из 1-й семьи, родоначальником которой был его прадед Давид Абрамович Шарогродский, дедом ― Абрам Давидович, 1794 г.р., отцом ― Янкель Абрамович, 1822 г.р., матерью ― Рейзя Берковна (1828–1896).
Из Ревизских Сказок по Измаилу за 1835, 1848 гг. видно, что женой Янкеля Абрамовича была Рейзя, а женой Янкеля Янкелевича ― Лея.
Позднее из архива Херсона среди записей о рождении детей, родившихся у евреев, вернувшихся из Измаила (бывших жителей Николаева) была получена запись: «7 мая 1854 г., Херсон. Отец ― измаильский мещанин Янкель Шаргородский, мать ― Рейзя Беркова, родился сын Элья»
Мы видим, что в метрической записи Ильи-Товия на русском языке есть только его первое имя ― Элья/Илья, скорее всего второе имя Тевель/Товий было в еврейской части записи. Янкель, женой которого была Рейзя ― это Янкель Абрамович Шаргородский. Из тех же записей по Херсону: у Янкеля Янкелевича (из 2-й семьи Шароградских/Шаргородских) и его жены Леи Янкелевны в марте того же 1854 года в Херсоне родилась дочь Юдис.
Обнаружена также запись о рождении у Румынско- подданного Леви Янкелевича и его жены Ханы-Леи рождении сына Бориса в 1892 г. в Одессе. Леви Янкелевичу ― брату Ильи-Товия ― сыну Янкеля Абрамовича и Рейзи Берковны, имя Леви было дано по еврейской традиции в честь его дяди Леви Абрамовича, 1811 г.р., скончавшегося к моменту рождения Леви Янкелевича. А сыновья братьев Леви и Янкеля Абрамовичей получили имя Борис в честь их деда Берко ― отца их матери Рейзи соответственно в 1892-м и 1893-м гг.
Кстати, в свидетельстве о смерти в Николаеве в 1896 г. Рейзя Берковна записана женой Янкеля Абрамовича и херсонской мещанкой.
Следовательно ― Илья-Товий Янкелевич и Леви Янкелевич Шаргородские ― дети Янкеля Абрамовича.
Вопрос о родстве между 1-й и 2-й семьями и о родстве хотя бы с одной из них с семьей моих предков пока окончательно не решен, остаются только гипотезы.
Страница истории в судьбе Ильи-Товия Яковлевича Шаргородского
Новая находка в ГАРФ открыла страницу из жизни Ильи-Товия Яковлевича Шаргородского. Дело 101-76а-1243, 2-е делопроизводство, еврейские дела, (на 3 листах).
«По жалобе мещанина Ильи-Товия Шаргородского на исключение его Херсонской казенной палатой из мещанского общества, г-ну Министру внутренних дел пишет чиновник министерства:
Министерство окладных сборов, III отделение 2 июня 1912 г.
Препровождая при сем жалобу поверенного Херсонского мещанина Ильи-Товия Шаргородского жалующегося на неправильное, будто бы, исключение Херсонскою казенною палатою доверителя его, с семейством, из Херсонского мещанского общества, и два донесения по этому делу Херсонской казенной палаты за №1331 и 26103…
Со своей стороны, имея в виду, что принятие русского подданства разрешено было лишь 30-ти семействам Измаильских евреев, которые действительно проживали в России до отхода Измаила к Молдавии и подробно поименованы в журнале Херсонского губернского правления от 15 января 1864 г., что в число означенных семейств Илья-Товий Шаргородский не значится, что указание просителя на включение в означенный журнал Янкеля Абрамовича Шаргородского, которого доверитель считает своим отцом, не имеет никакого значения как по бездоказательности, так и потому, что принятие подданства есть всегда личное и что, наконец, местным начальством удостоверено иностранное подданство Ильи-Товия Шаргородского, я, со своей стороны, не нахожу достаточных оснований к оставлению Шаргородского в Херсонском мещанском обществе» Илья-Товий утверждал, что Янкель Абрамович его отец. Из архивных документов видно, что он действительно был сыном Янкеля (Якова) Абрамовича Шаргородского. Ссылка на единственный документ 1864 г. представляется, на мой взгляд, не доказательной, а свидетельствует о бюрократизме и нежелании чиновников вникнуть в суть дела и пойти навстречу просителю.
Ученый-исследователь истории евреев Российской империи Юлия Витальевна Прокоп дала свой комментарий к этому процессу [33].
Привожу фрагменты из её комментария.

«Илья-Товий Шаргородский ― один из моих многочисленных любимых персонажей. Бюрократическая машина антисемитского чудовища доконала его… В начале 1890-х он уже значился херсонским мещанином (жил в Николаеве). Но в 1913 г. на волне очередного приступа маразма по выселению евреев из Николаева его снова стали считать румынским подданным ― в нарушение всех мыслимых и немыслимых международных законов и решений конгрессов. Старик умер в процессе очередного доказательства властям, что «он не верблюд».
Тот кошмар, который власти Российской империи устроили вокруг измаильских евреев в конце XIX века, очень сложно передать словами. Эти несчастные сначала пережили «решение еврейского вопроса», когда их в 1830-е годы выдворили из Николаева, а потом, когда в нарушение решения Берлинского конгресса 1878 г. их отказались возвращать в российское подданство вместе с остальным населением, приписанным к Измаилу.
В результате чего их выкидывали из страны, как мусор, разбивали семьи, ломали людям жизни…
Эта грязная страница истории Российской империи никогда и нигде не фигурирует. Когда я рассказывала об этом на международном круглом столе, посвящённом депортациям населения, ко мне подходили иностранные и наши учёные ― интересовались источниками и говорили, что впервые слышат об этом! Но как же?! В ГАРФе и РГИА огромное множество дел об этом! Одесский, Николаевский, Хмельницкий архивы, ГААРК хранят множество документов! Только по официальным данным по трём южноукраинским губерниям на 1881 г. я насчитала ШЕСТЬ ТЫСЯЧ СЕМЕЙ евреев-иностранцев, которые подлежали высылке. А реально цифры были в разы больше!»
«В записи о рождении Эльи-Тевеля/Ильи-Товия его родители значатся измаильскими мещанами, что означает: по рождению он был российским подданным. Семья была выселена из Николаева в 1830-х гг. А потому в 1863 г. они возвратились в Николаев.
По профессии Тевель в разные годы значился письмоводителем или адвокатом, что свидетельствует о наличии у него образования. Женат Тевель был на Кларе (Перель-Хае), дочери херсонского мещанина Цвибака. Их дети родились в Николаеве: Исаак-Соломон (1883), Яков (1888–1889), Абрам-Моисей (1890), Борис (1893).
В 1893 г. в записи о рождении Бориса, отец значится херсонским мещанином. Запись перечёркнута в 1913 и исправлена снова на румынского подданного. В Николаевском архиве хранятся документы 1913 г., свидетельствующие об издевательстве над стариком, который всю свою жизнь прожил в России, вырастил там своих детей, а в 1913 г. подлежал высылке в Румынию, в которой никогда даже не был!
И всё это при том, что Тевель имел даже не одно основание быть российскоподданным!
В 1863 году, когда отец Тевеля принимал российское подданство, сам Тевель был ребёнком ― и подданство отца ему должно было достаться автоматически. То, что его почему-то стали считать румынскоподданным — это первое нарушение закона. Когда в 1878 г. Измаил вернули России, все его жители должны были стать российскоподданными автоматически. И это произошло со всеми, кроме евреев, которые были приписаны к Измаилу, но жили в других местах.
Это было нарушением решения Берлинского конгресса (даже если предположить, что решение распространялось только на тех, кто фактически жил в Измаиле, то по этой же логике жившие в Херсоне, но приписанные к Измаилу не попадали под решение Парижского конгресса и не должны были автоматически стать молдавскоподданными в 1856 г.!)».

«Были и другие возможности вернуться в российское подданство согласно законодательству. И Илья-Товий, как юридически грамотный человек, наверняка бы их использовал! Ведь его отец ещё в 1863 г. вернулся в российское подданство вместе с семьёй!
Разборки прав евреев жить в Николаеве начались году в 1912. Если посмотреть на статистику 1910 года, то подавляющее большинство евреев в Николаеве жить не имело права. И дело было не в том, что они были иностранноподданными ― там вообще мало кому из евреев разрешалось жить.
А потому как вариант ― их могли выселить из Николаева, скажем, в Херсон. Не могли их выселить в Румынию, поскольку для румынских властей все евреи выселенные из Николаева в Измаил в 1830-х гг. уже считались российскоподданными, Румыния не признавала их своими (опираясь на решение Берлинского конгресса) и не принимала.
Дело Товия Шаргородского началось 5 июня 1912 г. Именно тогда пошла возня вокруг высылки евреев, не имевших право жить в Николаеве. Шаргородский утверждал, что он не приписан ни к одному обществу, а потому, вероятно, рассчитывал получить николаевскую приписку. Оказалось, что ему аннулировали херсонскую приписку ещё в 1890 г. (посчитали его румынскоподданным) и заявили, что он, как иностранец, вообще не имеет права жить в России (не то, что в закрытом Николаеве). 6 июля ему дали 3 дня на выезд из Николаева с семейством.
А куда ему было ехать? Тут хотя бы он жил, его знали — и он как-то мог отстаивать права, а в любом другом месте его вообще могли признать бродягой! Нелепости ситуации в том, что исключили его из Херсонского мещанства ещё в 1890 г. А решение о признании бывших измаильских евреев российскими подданными вышло в 1893 г.
То есть его уже признали российским подданным ― и дело только за местом приписки. НО нет, в деле ни разу не упоминается закон 1893г., но постоянно акцентируется внимание на том, что в 1890г. его признали иностранцем.
То ли там в кабинетах сидели несведущие чиновники, то ли намеренно издевались ― мы теперь не узнаем. НО факт, что некоторые измаильские евреи в метрических книгах и после 1893г. фигурируют как молдавскоподданные или румынскоподданные.
4 сентября 1913 г. вдова Товия Клара просила разрешения жить в Николаеве (ф. 229, оп. 1, д. 1596). В тот момент она ожидала возврата в российское подданство (по закону вдовы, рождённые российскоподданными, могли это сделать). Сыновья Исаак-Соломон-Роберт и Абрам приняли лютеранство, чтобы избежать высылки, а Борис ещё не достиг на тот момент совершеннолетия — и имел право на возвращение в российское подданство по достижении 21 года, чем он и воспользовался».
С тяжелыми чувствами приходится понимать: причиной издевательств над евреями безусловно являлся дикий антисемитизм. Страница истории из жизни Ильи-Товия Яковлевича Шаргородского служит ярким примером государственного антисемитизма в Российской империи. Коренного жителя Николаева, достойного, образованного человека загнали в угол, лишили всех прав и в конце концов свели в могилу. Его дети были вынуждены менять вероисповедание, дабы избежать участи их отца.

Шаргородские/Шарогородские из других мест
Вернемся к 1-му семейству в Николаеве, его родоначальником был Давид Абрамович Шарогородский. Его внук Леви (Лейба) Абрамович из Измаила переселялся в Ялту. Не так давно краевед из Ялты сообщил мне дополнительные сведения о Лейбе (Леви) Абрамовиче Шарогородском, одном из первых ялтинских евреев и купцов. «Леви подавал прошение на причисление в ялтинские мещане, но по указу ему было в этом отказано. По спискам 1839г. он не был причислен к ялтинским мещанам: «Лейба Абрамович Шарогородский, Кишиневской губернии города Измаилова. Причисление в ялтинские мещане по непредставлению увольнительного от общества свидетельства указом казенной палаты от 19 октября 1838 года за № 14.254 на основании тома 9-го статьи 258-й отказано».
Тем не менее, он продолжал жить в Ялте, в РГИА есть дело 1843–44 гг.,
«по прошению кишиневского купца И. Берга о разрешении производить в городе Ялте различную торговлю через местного купца Шароградского с уплатой установленных повинностей».

Умер он в 1848 году (или чуть позже), за этот год в ГАРК есть дело «по объявлению унтер-офицера Георгия Стерионы о причиненных ему побоях ялтинским купцом Лейбою Шаргородским». Пишут, что оно тянулось до конца года и так и осталось неоконченным, как указано, по непредставлению доказательств и за смертью самого ответчика Шаргородского.
Многочисленные семейства Шаргородских обнаружены не только в Херсоне, Николаеве, Одессе, Симферополе, Перекопе, Армянске и других местах Херсонской и Таврической губерний, а и в архивных документах XIX и начала XX века в Чернобыле, Киеве, Умани, в Тальном Уманского уезда, Бердичеве и Подолии. Найдено немало архивных записей о Шаргородских из Золотоноши, Павлограда, Елизаветграда, Керчи, Балты и колонии Голоче Балтского уезда. Также нашлись записи в Нежине, Ржищеве, Екатеринославе и других местах юга Российской империи.
Конечно же, не все Шаргородские ― родственники. И как же среди них определить своих родных? Задача, скажем прямо, не из простых. Когда накапливается достаточно большой список однофамильцев легче выделить среди них потенциальных родственников. Большое значение имеют имена, места жительства и приписка. Порой удается увидеть родственные связи и построить частичные фамильные деревья, а со временем связать их в общее дерево.
Из всех найденных однофамильцев я перечислю только тех, кого считаю потенциальными родственниками. Если благодаря этой публикации найдутся их потомки, мы, я надеюсь, сможем совместными усилиями продолжить генеалогическое исследование и установить родство, либо решить, что мы однофамильцы.

Умань
Помню, слышала от отца, что в Умани у него жили родственники. Приведу несколько данных из архивных документов из Умани:
1) Умань, 1806 г., Ревизские сказки, №24. стр. 14
Янкель Срулевич (Израилевич), он же Елиович (Эльевич/Ильич), принимающий фамилию Шаргородский, 40 лет (1766 г.р.), записывается в мещане г. Умань,
жена его Хана Гершкова, 35 лет,
дочь ― Марья-Слува, 19 лет,
сын ― Абрам, 18 лет (1788 г.р.)
жена Абрама ― Рухель Шмульевна, 17 лет.
Абрам поступает в класс земледельцев Херсонской губернии.
2)Умань, 1806 г., Ревизские сказки, №193. стр. 53
Хаим Меерович, принимающий фамилию Шаргородский, 44 года (1762 г.р.), записывается в мещане местечка Соколовка,
жена его ― Ейда-Хана, 39 лет,
сын ― Сруль (Израиль), 21 год (1785 г.р.)
дочь ― Хана, 19 лет, вышла замуж.
3) Умань, 1897 г., Ревизские сказки, ГАКО Шаргородский Михель Копелев ― 32 года (1875 г.р.), Уманский мещанин
жена ― Сура Меерова ― 22 года (1885 г.р.), родилась в Звенигородке,
сыновья:
Арон ― 5 лет (1892 г.р.)
Копель ― 3 года (1894г.р.)
Шлема ― 1 месяц (1897г.р.)
4) Умань, 1897г., Ревизские сказки, ГАКО
«Шарогродский Иось-Зельман Лейбов ― 63 г. (1834 г.р.) родился и приписан в Умани, хозяин мелочной торговли,
жена его Трана Нутова ― 63 года родилась в Торговице Уманского уезда,
внук ― Шарогродский Нута Исавов ― 16 лет»
Из первых двух записей видно, что фамилия Шаргородский была принята в 1806 г. в Умани двумя людьми, по-видимому, выходцами из Шаргорода. Были они связаны между собой и моими предками родством нам пока неизвестно.
Возможно Иось-Зельман Лейбович (из 4-й записи) приходился братом моему прадеду Лейзеру Лейбовичу Шарогородскому. Возраст подходит, а также тот факт, что в Умани у нас были родственники.

Керчь
В Керчи тоже могли проживать родственники моих предков из Перекопа. Родство с теми, кого включаю в список керченских жителей, не установлено, но не исключено.
В книге «Вся Россия» встретилась запись: «Керчь-Еникальское, 1913 г. Бакалейно-гастрономические товары. Шарогородский Арон Давидович».
Найдены записи о рождении:
1) Керчь, декабрь 1877 г.
Отец ― Арон Шарогродский, мещанин Каменец-Подольской губернии г. Винницы,
мать ― Доба,
родилась дочь Хая;
2) Керчь, 27 декабря (17 тевета) 1881 г.
Отец ― Керченский мещанин Арон Шарагродский
мать ― Добрася,
родился сын Моисей.
В ГАРФе есть строка ― Шаргородский Моисей Аронович, сын купца, в 1902 г арестован за политическую деятельность. Вероятно это о нем.
3) В ГАРФе в фонде Департамента полиции за 1913 г. в деле с агентурными сведениями о партии РСДРП по Таврической губернии обнаружилась Песя Ароновна Гарнес, родной брат которой «сын умершего Керченского купца Самуил Аронов Шаргородский 22 лет от роду (1891 г.р.), студент одного из заграничных университетов».
Мы видим, что у Арона Давидовича Шарогородского из Керчи были дочери Хая, Песя, сыновья Моисей и Самуил, возможно были еще дети.
4) Брачная запись:
Керчь, 29 мая (1 тамуза), 1880 г.
Керченский мещанин Борис, 27 лет, сын Давида Шарогродского вступил в брак с девицею Малкою (18 лет) дочерью керченского мещанина Гершона Стаеновского.
Т.е. Борис Давидович Шарогродский 1852–53 г.р. Есть также запись о рождении в Керчи в 1884 г. у Бориса Шарогродского дочери Иты.
В Евпатории в 1901 году, состоялся брак Моисея Лейбовича Шарогородского, 26 лет, (1875 г.р.), Керченского мещанина, с Ганной Борисовной Шарогородской (20 лет), (1881 г.р.), дочерью керченского мещанина Бориса Шарогродского. По-видимому, Ганна вышла замуж за родственника или однофамильца.
Из набора сообщений о выходцах из Винницы, живших и приписавшихся в Керчи ― Ароне Шмуэль-Давидовиче (1842–43 г.р.) и Борисе (Берко) Давидовиче 1852–53 г.р. Шарогродских напрашивается вывод, что они ― родные братья.
По отчеству и роду деятельности очень возможно, что Арон Давидович Шарогородский приходился родственником моему деду, Фридману Лейзеровичу Шарогородскому. У керченских и перекопских Шарогородских мы видим совпадающие имена, что увеличивает вероятность родства. Давидом и Моисеем звали братьев моего прадеда Лейзера, имя Песя было присвоено сестре деда.

Перекоп
Продолжение приложения к главе VII части 2 [2].
Привожу несколько фрагментов о Перекопе из книги Дейнарда «История народов Крыма», 1878–1879 гг. (перевод с иврита). [34]
«Этот маленький город находится на узком перешейке, соединяющем полуостров Крым с другими городами России, находящимися на суше. И человек, идущий в Крым из городов южной России по суше, вынужден пройти через этот город. И до наших дней ― главный переход в Крым через Перекоп. Потому сейчас существует новая железная дорога, а пароходы и лодки используются редко. На расстоянии трех верст, справа от города находится большой водоем Сиваш…
Слева от города, тоже на расстоянии трех верст находится язык Черного моря, прежде называемый языком Каркинитского моря (известен нам как Каркинитский залив ― Л.Г.). Сиваш расположен между двумя морями Азовским и Черным… Согласно старым преданиям там был создан глубокий канал, чтобы соединить два моря. Поперек канала был построен мост для входа в город.
Недалеко, справа от бывших на мосту разрушенных каменных ворот еще находятся следы старинной крепости и каменная постройка. Также в конце (у Сиваша) видны до сих пор следы крепости.
Название Перекоп новое, оно появилось с приходом русских. В старые времена было греческое название Бафрос».
«Разные народы нападающие на Крым с целью его захвата вторгались в первую очередь через ров и через этот город, так как переходя по морю на кораблях и лодках нельзя было его захватить в те времена, как в наши дни. И когда им удавалось закрепиться в Крыму, они старались подчинить крепость, создавая земляной вал. Затем приходили другие народы и разрушая эти земляные валы немедленно проходили в места, отстроенные предыдущими».
«Последними из народов степей, вторгшихся в Крым, были татары. Это произошло в XIII веке по христианскому летоисчислению. В начале прихода из степей их предводитель и его молодые воины желали воссоздать город и укрепить его границы. Они снова снесли вал, это произошло после многих лет, как оставили город его жители в X веке, во времена царя Константина, насадившие здесь деревья. Эти деревья превратились в дремучий лес. Татары дали название городу Ор-Капы (ворота на рву), а крепость назвали Ор-Богози.
Монгольский хан Гирей добавил еще одну крепость и назвали её Ферх-Кермен. Правил там еще один молодой хан, Согив-Гирей.
В 1736 г. пришла армия русского царя в 450 000 человек, они пришли с саблями наперерез и с 8000 колесниц, предназначенных для войны. И в течение только 4-х дней крепость и город были разрушены ими до основания. Однако потом, когда они вынуждены были оставить Крым, пришли туда снова татары и оставались там, пока не захватили весь полуостров до появления русских в 1873 г. во 2-й раз. И дважды пришедшие татары находятся там до сих пор».
«В Перекопе много соли и там ведется крупная торговля солью. Воздух в городе хорош для здоровья человека. Большинство старых жителей города лечатся водами источника, и согласно рассказам, нет лучшего лечебного свойства, чем у этих вод. Они помогают от ревматизма и действуют при других внутренних болезнях. Это уже доказал профессор Гордиенко из Харькова».
«Вокруг города находятся леса, в городе сухо. Ветер дует во все времена года. Если дуют сильные ветры в течение двух дней, то воды Черного моря подходят к городу на одну версту. Зимы там бывают длительными, очень холодными и ветреными. Пасущийся в степи крупный и мелкий рогатый скот в дождливую и ветреную погоду нередко погибает, утонув в море».
«В Перекопе живет 1900 человек. 1/3 жителей ― еврейские семьи из Литвы и Польши, у них есть великолепная синагога, построенная благодаря стараниям Га-рава раввина Хаима-Иегуды Хаимовича, глубокоуважаемого жителями города».
Согласно статистике, по окладным книгам 1803 года в Перекопе жило всего трое еврейских мещан, еврейских купцов не было. По ревизии 1847 года в Перекопском уезде уже были 2 еврейских общины: Перекопская, состоящая из 154 душ и Алешковская ― из 294 душ. По записям синагоги в Перекопе в 1860г. родилось 26 еврейских детей. В силу неизвестно каких обстоятельств, к моему счастью, в папку 1860 г. попали еще двое детей, родившихся ранее и среди них, мой дед Фридман Лейзерович Шароградский, позднее ― Шарогородский.
Запись о его рождении, как и записи других новорожденных на протяжении нескольких десятков лет составлены многоуважаемым раввином Хаимом-Иегудой Хаимовичем. Отцы 28-ми родившихся в это время детей имеют разные приписки, из них только семьи Хаимович, Шароградских/Шарогородских, Шейнкеров и Васерманов имели перекопскую приписку, то есть, жили там не первый год. К сожалению, неизвестно откуда и когда они прибыли в Перекоп.
Согласно приписке отцы остальных детей, родившихся в 1860 г., прибыли в Перекоп и Армянский Базар из Чигирина, Касьяновки, Евпатории, Бердичева, Умани, Сатанова, Орши, Ростова, Екатеринослава, Херсона, Полтавы, колонии Новоберислава Херсонской губернии, Гродно, Керчи, Киева, Кишинева, Вильно, колонии Сейдеменуха Херсонской губернии, Ровно. Когда же произошло их переселение неизвестно, некоторые могли сохранять приписку своих отцов, родившись в Перекопе.

Армянский Базар
Дейнард написал немного и об Армянском Базаре (Армянске) в своей книге [34].
«На расстоянии 4-х верст от Перекопа находится старый город Армянский Базар, тут живут 4 000 человек, большинство армяне, и много там татар. Около 70 семей евреев из Литвы и Польши. У них есть небольшая синагога («бейт кнессет»― Л.Г.) и раввин из Перекопа израильской религии. Там находятся также 40 семей караимов, у них тоже своя особая синагога («кенасса» ― Л.Г.)»
«Между Перекопом и Армянским Базаром нет ни одного дерева и поля. Там и начинается крымская пустыня».
Раввин Перекопа Хаим-Иегуда Хаимович записывал рождение детей и в Армянском Базаре, мы видим это из записей архива Перекопской синагоги. Нам только неведомо, ходил ли он пешком 4 версты из Перекопа в Армянский Базар или передвигался в повозке, запряженной лошадьми.
Привожу некоторые фрагменты из газет «Гамелиц» и «Гамагид», публиковавшихся на иврите в Санкт-Петербурге в дореволюционное время [35].
Списки жертвователей на пропитание бедным по Перекопу и Армянскому Базару/Армянску.
1867 г.
Моше Годовинник
Исраэль Исер Резнер
Песах Меир Новин
Меир Яновик
Цви Зевин
Ицхак Лейб Розенталь
Беньямин Розман
Давид Зевин
Беньямин Мильгер
Цви Ласкович
Моше Дроганевский
Хаим Шапошник
Мордехай Звинецкий
Мендель Криверуцкий
Элиэзер Канторович
Моше Сак
Авраам Гильштейн
Меир Фишгендлер
Элья Ёфэ
Авраам Ринберг
Элиэер Гортинецкий
Авраам Бельферман
Моше Вассерман
Списки жертвователей для голодных в Эрец Исроэл ― Эрец Исраэль ― Земле Израиля ― по Перекопу и Армянскому Базару/ Армянску
1871 г.
Собиратели пожертвований ― Шолом и Моше Фельдштейн
Хаим Иегуда Хаимович ― Перекопский раввин
Элиягу Хаимович ― сын Хаима Иегуды Хаимовича
р. Аарон Фельдман
р. Шолом Гутерман
р. Моше Левит
Нисон Шмеркович ― зять Моше Левита
Рейзел Шарогородская ― (жена купца Давида Лейбовича Шарогородского ― брата моего прадеда ― Л.Г.)
р. Ицхак Рабинович
Авраам Ёфэ (Иоффе)
р. Хаим Гельман
р. Реувен Крочак
р. Карпель Клин
Меир Симха Брудо
Лейб Портной ― зять Меира Симхи Брудо
р. Моше Кролик
Бейла Шарогородская ― (жена купца 2-й гильдии Моше (Моисея) Лейбовича Шарогородского ― брата моего прадеда ― Л.Г.)
Фишель Фишелевич
р. Лейб Лапин
1874 г., Перекоп и Армянск-Базар
Га-рав Хаим-Иегуда Хаимович
его сын Элияhу Хаимович
р. Аарон Клугер
Авраам Ёфэ
Дов Дуэль
Аба Фукс
Ицхак Дуэль
Зелигман
р. Меир Яновик
Шолом Гутерман
Ицхак Фарбер
Шломо Вольпин
Яков Шаригодский (по-видимому, так записали брата моего деда, Якова Лейзеровича Шарогородского, ему на тот момент было 27 лет, могла произойти ошибка в написании или искажение фамилии Шарогородский ― Л.Г.)
Элияhу Рубинштейн
Цви Зевин
Меир Фишгендлер
Мендель Фейгин
Зеэв Фейгин
Мендель Арбер (или Орбер)
Шмарья Буйкин
Нисон Шмеркович
Авраам Гольдштейн
Зельцер
Лея Звирин
р. Моше Аарон Драгоневский
Меир Симха Бруда
Барбумов
Хаим Шмуэль Шер
Михиль Розинквит
Моше Тувья Шейнкер
Барух (Борух) Каминский
Лея Фельдман
Элиэзер Шлимзон
Авраам Розман
Цви Канторович
Карпель Клин
Файнберг
Моше Шарогородский ― (Мошей/Моисей Лейбович Шарогородский ― брат моего прадеда ― Л.Г.)
Подписали ― Авраам Хаим Багарав (БаhаРаВ)
Аарон Берман
Армянск-Базар. 1887 г.
С. Мовер
И. Клойман
Косивецкий
М. Бромберг
Шмеркович
Ш. Буникин
Ш. Ривин
Ц. Фейгин
Б. Розман
И. Шмирштейн
А. Ливаский
М.Х. Гейер
г. Лекер
М. Янович
Ц. Лернер
Перекопские равины записанные в книге Дейнарда «История народов Крыма» в 1878 г.
Перекоп-Армянск
1. Га-рав р. Хаим-Иегуда Хаимович
2. Меир Фишгендлер
3. Гилель Хохловкин из Феодосии
4. Цви-Гирш Бондолин из Феодосии

Жители Евпатории с перекопской припиской
Не все жители Перекопа приживались там, многие переселялись в другие места, например, в Евпаторию. При просмотре архивных дел о жителях Евпатории встретились записи семей с перекопской припиской:
1)рожденные в Евпатории (даты по старому стилю)
1. «Отец ― Перекопский мещанин Калмен Израилевич Берлинбле, мать ― Сура-Этля,
сын ― Веньямин родился 30 окт. 1901 г. (1 кислева)»
2. «Отец ― Перекопский купец Зусман Яковлевич Лившиц, мать ― Тауба, дочь ― Эстер, родилась 24 июля 1902 г.»
3. «Отец ― Перекопский мещанин Зусман Яковлевич Лившиц, мать ― Тауба, дочь ― Поля
родилась 23 ноября 1904 г.»
4. «Отец ― Перекопский мещанин Иуда Хунов Розман, мать ― Эстер, сын ― Исер родился 22 апреля 1902 г. (18 нисана)»
5. «Отец ― Перекопский мещанин Авраамчо (так записано имя Авраам/Аврум /Абрам) Шмулев Шер, мать ― Крейсель, сын ― Давид родился 19 декабря (13 тевета) 1903 г. (1 января 1904 г. по новому стилю)».
6. «Отец ― Перекопский мещанин Самуил Вульфов Фейгин, мать ― Розали, дочь ― Ева родилась 29 октября 1906 г.»
2) браки в Евпатории (даты по старому стилю)
1. «Жених ― мещанин. Кременчуг Полтавской губернии Пинхас Иосифов Котнер, холост, вступил в 1-й брак, невеста ― Элька, дочь Перекопского мещанина Хуны Яковлевича Фельдмана, 10 августа (8 элуль) 1901 г.»
2. «Жених ― Мелитопольский мещанин Исаак Лейбов Мендельсон ― холост, 30 лет, вступил в 1-й брак, невеста ― Шендель Самойловна Шер ― девица, 28 лет, дочь Перекопского мещанина, 28 февраля 1906 г.»
3) смерти в Евпатории (даты по старому стилю)
1. Перекопский мещанин Шмуль Моисеев Шер скончался 22 января 1904 г.
2. Перекопский мещанин Лев Калманович Берлинбле, 13 лет, скончался 27 мая 1906 г.
3. Перекопская мещанка Кейля Давыдовна Цанк, 80 лет, скончалась 17 августа 1906 г.

Глава XV
Уманские
Эту главу я открываю в надежде на ее продолжение в будущем. Очень надеюсь получить сведения о ветви моих прямых предков Уманских, хотя найти их по имеющимся у меня минимальным данным представляется задачей весьма сложной, так как топонимическая фамилия Уманский является полигенетической и довольно распространенной.

Из истории города Умань [36]
«Умань, город на Украине, районный центр Черкасской области. Основан в начале XVII в. Евреи начали селиться в Умани в XVII в. или первой половине XVIII в. В 1749 г. на город напали гайдамаки; они сожгли часть Умани и убили многих горожан — поляков и евреев. В 1761 г. владелец Умани граф Ф. Потоцкий отстроил город и учредил в нем ярмарку; в это время здесь проживало около 450 евреев.
В июне 1768 г., во время последнего восстания гайдамаков (так называемой Колиивщины), в хорошо укрепленной Умани нашли убежище тысячи евреев и поляков из соседних городов. Когда повстанцы во главе с Максимом Железняком двинулись на Умань, комендант крепости Младанович послал против них казаков под командованием сотника Ивана Гонты, однако тот, несмотря на богатые подарки, полученные от еврейской общины, перешел на сторону гайдамаков и вместе с ними осадил Умань, перебив всех евреев и поляков, не успевших в ней укрыться. Вскоре отряды Железняка и Гонты ворвались в Умань (по некоторым сведениям, их впустил Младанович, положившись на обещание Гонты пощадить поляков). Около трех тысяч евреев укрепились в синагоге и под руководством Лейбы Шаргородского и Моше Менакера отразили натиск гайдамаков, пытавшихся взять ее штурмом. Повстанцы разрушили здание пушечным огнем, и все его защитники погибли; всего в ходе резни в Умани, продолжавшейся три дня, было убито около 20 тыс. евреев и поляков, в том числе и Младанович (когда он перед смертью напомнил Гонте о его обещании, тот возразил: «Но ведь и ты изменил данному евреям слову не выдавать их мне»).
В память об уманской резне жившие в городе евреи до начала XX в. соблюдали 5 таммуза пост и произносили в этот день в синагогах особую кину».
Элька Исааковна Уманская ― моя прабабушка
Матерью моего деда Фридмана Лейзеровича Шарогородского ― 2-й женой моего прадеда Лейзера Лейбовича Шарогородского ― была моя прабабушка ― Элька Исааковна Уманская. Она была матерью их пятерых детей, старшим из которых был мой дед. Все ее дети перечислены мной в VII главе. Лейзер Лейбович вступил во 2-й брак с Элькой (Ольгой) Исааковной в 1850-х гг. после того, как остался вдовцом с шестью сыновьями. Была ли Э.И. Уманская жительницей Перекопа до замужества или прибыла туда, став женой Л.Л. Шарогородского неизвестно, известно лишь имя и фамилия её отца ― Исаак Уманский. Больше ни о ком из ее родственников ничего неизвестно. Благодаря ее девичьей фамилии можно считать, что хотя бы часть ее предков на отрезке времени, по крайней мере, незадолго до конца XVIII века проживала в Умани. Фамилии евреям Российской империи начали присваивать в начале XIX века. Топонимические фамилии чаще всего свидетельствуют о месте исхода в иное место, в котором и была произведена первичная запись фамилии. На данном этапе первоочередная проблема ― узнать, где же это произошло.

Родственники или однофамильцы
Среди архивных документов, найденных в синагоге Перекопа, записи о семье Уманских ни разу не встретились. Скорее всего, прабабушка Э.И. Уманская была родом из другого места Таврической или Херсонской губ. Так как фамилия Уманский распространенная, то где и кого искать я точно не знаю. Свое внимание сосредоточила на Уманских с именем Исаак и проживавших на юге Российской империи, а также выходцев из этих мест. Приведу несколько сведений, позволивших построить гипотезу. Подтвердится ли она? Возможно.
Вот несколько записей об Уманских из Санкт-Петербурга ― выходцев из Херсона.
1) «4 февр., 1869 г., Санкт-Петербург.
Херсонский мещанин Элья Ицков Уманский, 25 лет (т. е. 1843–44 г.р.), вступил в брак с солдатской дочерью Нохума Иткина девицей Гитой Нохумовой, 18 лет».
29 ноября 1869 г. там же у этой пары родилась дочь Брейне.
2) «18 сент. 1869 г., Санкт-Петербург.
Санкт-Петербургский мещанин Гирш Ицкович Уманский, 24 г. (т. е. 1844–1845 г.р.), вступил в брак с девицей, приписанною к кагалу Митавы ― Либою Вульфовою Нохум, 19 лет».
Элья Ицков, переселившийся в Санкт-Петербург из Херсона, и Гирш Ицков Уманский вполне подходят на роль братьев прабабушки Эльки. Гирш в 1869 г. уже был приписан к Санкт-Петербургу, но ранее мог иметь херсонскую приписку.
3) В Санкт-Петербурге в эти же годы жил унтер-офицер Ицка Уманский, ушедший в 1864 г. в отставку. Это видно из записей о рождении у него дочерей:
1. «Санкт-Петербург, 2 февр. 1864 г.
У городового унтер-офицера Литейной части Ицки Уманского и его жены Ривки Менделевой родилась дочь Рассе».
2. «Санкт-Петербург, 27 декабря 1864 г.
У отставного рядового Л.Гв. Саперного батальона Ицки Уманского и его жены Ривки Менделевой родилась дочь Цириль-Ита».
Замечу, что у моей прабабушки Эльки Ицковны Шарогородской (Уманской) в 1865 г. родилась дочь Цирель-Туйба. Точная дата рождения прабабушки мне неизвестна, по моим оценкам ― 1835–1840 гг. Возможно в это время могла уйти в мир иной близкая родственница как Ицки, так и Эльки по имени Цирель. Была ли она одной и той же Цирель пока не известно.
С другой стороны, из посемейных списков евреев, переселявшихся из Николаева в Измаил в 1830-х гг., затем из Измаила в Херсон найдены несколько записей об Уманских. Замечу, в этих же списках перечислено несколько семей Шаргородских, родство моих предков Шаргородских с которыми очень возможно. В этих списках Уманские записаны очень близко с Шаргородскими.
Вот запись об одной из семей Уманских.
«1836 г., Измаил.
Отец ― Янкель Элиов (Эльевич, сын Эльи) Уманский ― 36 лет (около 1800 г.р.), жена Ита ― 30 лет (около 1806 г.р.), сыновья: Рахман 14 лет (1822 г.р.) Ицель ― 7 лет (1828–1829 г.р.)»
Обратим внимание на младшего сына этой семьи, Ицеле, он же Ицко Янкелев Уманский. Не является ли унтер-офицер, ушедший в отставку Ицко Уманский и Ицель одним и тем же
лицом? Для оценки возраста военного Ицки Уманского учтем, что в те годы нижние чины сухопутных войск и флота увольнялись в запас чаще всего к возрасту 36 лет.
Если Ицка Уманский из Санкт-Петербурга ушел в отставку в конце 1864 г. в возрасте 36 лет, то он как раз родился в 1828 году. И очень вероятно, что он и был тем самым Ицко (Ицелем) Янкелевичем Уманским, 1828 г.р. из Херсона. В таком случае, он моим прапрадедом не был, т.к. моя прабабушка Элька Ицковна по возрасту не могла быть его дочерью. Но она вполне могла быть сестрой Эльи и Гирша Ицковичей, переселившихся в Санкт-Петербург из Херсона. По возрасту Ицка Янкелевич не был и отцом братьев Эльи и Гирша Ицковичей, но близким родственником мог быть, предположительно их двоюродным братом.
У его отца, Янкеля Эльевича Уманского, 1800 г.р., гипотетически мог быть родной брат Ицко Эльевич Уманский, у которого были сыновья Элья, 1843–44 г.р. и Гирш, 1844–45 г.р., а также, не исключено, и дочь ― моя прабабушка Элька. Её внук ― мой отец рассказывал мне, что у него в Ленинграде есть родственники, но связь с ними утеряна, но имен и фамилии Уманский при этом он не называл.
Кроме того, имя Ицко Эльевичу Уманскому (предположительному моему прапрадеду) могло быть присвоено в честь его деда, а Ицко Янкелевичу Уманскому ― в честь его прадеда.
Дополнительный штрих к гипотезе: проживавшие в 1860 х гг. в Санкт-Петербурге братья, Херсонский мещанин, Элья Ицкович Уманский и Гирш Ицкович Уманский, появились в столице Российской империи не случайно, а приехали к своему родственнику, отставному военному Ицке Янкелевичу Уманскому. Более того, Элья взял в жены солдатскую дочь тоже не случайно, ведь кругом его общения были семьи военных.
Подчеркну еще раз, что это ― всего лишь гипотеза, но если она подтвердится, то тем самым и версия о родстве Шарогородских из Перекопа с николаевско-измаилско-херсонскими Шаргородскими тоже окажется верной.
Посмотрим на одну из ранних записей из Ревизских сказок евреев Николаева (начало XIX века):
«1811 год.
Симха Рувинович Уманский, 34 г. (1777 г.р.),
его жена Бруха, 28 л.,
дочь Рывка, 10 л.
сын Абрам, 3 года,
племянник Симхи ― Марка/Мордка, 23 л.(1788 г.р.)
и его жена Броха, 19 л.»
В Херсоне обнаружены еще две семьи николаевско-измаильско-херсонских Уманских. Связаны ли они родством с потомками Эльи Уманского, предполагаемого прапрапрадеда (отца Янкеля и Ицко)? Обратимся к архивным записям.
1-я семья
1. В газете «Гамелиц 18.2.1864» [34]. Мордехай Тейч указал Моше Яакова Уманского, нового габая в Бериславе, проповедника Гершона-Лейба Уманского и его братьев.
Запись о его браке найдена в архиве Херсона (1839г.)
«3 авг. (по старому стилю), 1839 г., 5 элуля по еврейскому летоисчислению, Херсон.
Жених ― холост, сын купца Береслава, Гершон-Лейб сын Эль-Бера (Эльи-Бера) Уманский, 18 лет (1820–21 г.р.), невеста ― девица Бейла дочь Иосефа Герша Резовского, 17 лет (1821–22 г.р.)»
2. В Ревизских сказках 1854 г. найдена семья, имена которой позволяют связать ее с Гершоном-Лейбом сыном Эль-Бера.
Вот выписка об этой семье:
«Эль-Бер Лейбов Уманский ― 35 лет (1819 г.р.),
его жена ― Голда, 29 лет,
сыновья:
Герш ― 14 лет (около 1840 г.р.)
Хуни ― 12 лет (около 1842 г.р.)»
Мы видим, что эти две записи о близких родственниках. Один из возможных вариантов родства: Лейб Уманский, отец Эль-Бера (родившегося в 1819 году) и Эль-Бер Уманский, отец Гершона-Лейба (родившегося в 1820–21 году) ― братья. Нельзя исключать, что Эль-Бер (Элья-Бер), отец Гершона-Лейба, мог быть тем самым предполагаемым моим прапрапрадедом Эльей Уманским, у которого в 1800 г. родился сын Янкель (Яков), а также был его сыном (по предположению) и прапрадед Ицко (Исаак).
2-я семья найдена в Ревизских сказках 1854 г.
«1854 г., переселившиеся в Херсон
Маня Липов Уманский ―34 г. (1820 г.р.),
его мать ― Ента ― 56 лет,
его жена ― Либа ― 29 л.,
сыновья:
Лейб ―17 лет,
Липа ― 2 г.,
дочери:
Брана ― 11 лет,
Хана ― 9 лет,
Бруха ― 4 года;
братья:
1. Фроим Липов Уманский ― 32 г. (1822 г.р.),
жена Фроима ― Хая, 26 лет,
сын Фроима ― Хаим, 7 лет
2. Арон Липов Уманский ― 28 лет (1826 г.р.),
сестры ― обе замужем:
1. Рывка Липова
2. Сурка Липова»
Сопоставляя Уманских николаевско-измаильских-херсонских 1836–1854 гг. и Уманских из Санкт-Петербурга 1864, 1869 гг. можно увидеть совпадения имен: Элья, Герш/Гирш, Ицко, Лейб, Брана/Брене.
Другие возможные родственники
В «Обзоре полицейских дознаний», 1881 г. [38], в деле о еврейском революционном кружке в г. Одессе указано о хранении и рассылке революционных изданий. В числе тех, кто привлекался к дознанию под № 3, записан Уманский Вульф, Алешковский мещанин, 27 лет (1853–54 г.р.). К сожалению, его отчество не указано, но моя прабабушка Элька Исааковна Уманская (по мужу Шарогородская) вполне могла быть его тетей или старшей сестрой. Перекоп, где она жила с мужем и детьми и Алешки не так далеко расположены. Возможно, она жила до замужества в Алешках. Интересно, что мой прадед, Лейзер Шарогородский, значившийся ранее Перекопским купеческим сыном, в 1865 г. был причислен Алешковским купцом 2-й гильдии. При этом у него в Перекопе родилась дочь в это время, а это свидетельствует о том, что семья из Перекопа в Алешки не переселялась. Это могло быть связано с тем, что там жили родные его жены, кроме того, ему в Алешках было материально легче записаться в купеческое сословие.
Приведу еще некоторые сведения об Уманских, скорее всего однофамильцах.
Уманские, из брачных записей Херсона 1839 г.
«3 октября по старому стилю 1839 г.
Жених ― холост, мастеровой 16 экипажа, Мордехай Уманский, 32 лет (1807 г.р.),
невеста ― вдова Рухель, дочь Аарона, 34 лет»
Немало Уманских жило в Бериславе. Из записей о браках по Бериславу:
«В Бериславе состоялся брак 25 марта 1859 г. Бериславского 3-й гильдии купеческого сына Арона Уманского, 25 лет, на дочери Олешского 3-й гильдии купеческого сына Ноаха Фертика, девице Хаве, 16 лет».
В архивах обнаружены записи о рождении их дочерей Двойры в 1867 г. и Фейги в 1869 г.
В семейных преданиях их потомков известны и другие дети: Берта, Моисей, Арон, родившийся вскоре после смерти отца.
Потомкам Арона Уманского и Хавы Фертик-Уманской известны ещё несколько семей Уманских из Берислава: Гершко и его жена Малка, Моисей и его жена Малка, Гецель и его жена Хая.
Уманские из газет «Коль Гамевасер», «Гамелиц», «Гайом»», «Гацефира» на иврите (и идиш) до 1897г. [39].
«Гамелиц»:
1) 11.7.1882 г.
А/Э. Уманский, Матусов
2) 31.8.1883 г.
Магазин Уманского, Екатеринослав
3) 8.12.1884 г.
Ицхак Уманский, колония Цветное
4)15.12.1886г.
И. Уманский, Балта
5) 10.5.1887г.
Уманский, Херсон
6) 16.12.1891 г., 2.12.1892 г., 5.12.1894 г.
Ицхак Уманский, Берислав
7) 17.1.1893 г.
Уманский, Екатеринослав
8) 9.12.1893 г.
Уманский, Малая Перещепина
9) 17.7.1894 г.
И.Л. Уманский, Голая Пристань
10) 7.11.1894 г.
М. Уманский, Ананьев
11) 24.1.1895 г.
Иегуда Уманский, Голая Пристань
12) 1.4.1895 г.
Идл Уманская, Херсон/Каховка
Йегуда Лейб Уманский, Голая Пристань
13) 19.7.1895 г.
Давид и Аарон Уманские, Малая Перещепина
14) 20.10.1895 г.
Т. Уманский, Новомосковск
15) 24.11.1895 г.
Тодрус Уманский, Белое Поле
16) 22.12.1895г.
Ицхак и Аарон Уманские, Малая Перещепина
17) 31.5.1896 г.
Моше Уманский, Каменка
18) 18.11.1896г.
автор Иосиф Уманский
19) 3.1.1897 г.
Девицы Уманские, Малая Перещепина
20) 22.7.1897 г.
Яаков Уманский, Умань
«Коль Гамевасер»:
14.4.1870г.
Элханан Уманский, Херсон
«Гайом»:
27.12.1887 г.
Геня Уманская, Кишинев
«Гацефира»:
11.5.1896 г.
габай Уманский, Берислав.
В основном в газетах приведены списки жертвователей, для примера:
1) «Гацефира», 11.5.1896 г., габай Уманский, Берислав.
Автор заметки Левинсон писал, что в городе Бериславе Херсонской губернии 13 ияра габай hа-рав Уманский созвал всех прихожан синагоги. Уважаемый гость hа-рав Маркус поднялся на биму и поведал об ужасной трагедии Дома Израилева…
2) «Гамелиц» 3.1.1897 г., девушки Уманские, Малая Перещепина.
Записаны фамилии и некоторые имена молодых людей подросткового возраста, внесших пожертвования для школьного кружка в Яффо. Среди них девочки из семьи Уманских. Другие фамилии: Коэн, Гельфгат, Тейвель Воронель, Авраам Ревзин, Рахель и Шимон Майеров, Роза Монкин, Лифиц, Медведовский, Соляников, Фридман, Стуцков, Шифрин, Перчихин, Горовец.
Уманские, эмигрировавшие в Австрию.
Найдены документы 1911 г. переселившихся в Австрию Исаака Уманского, 1844 г.р. и его сына Льва Исааковича Уманского, 1871 г.р. ([40])
Исаак переселился из Берислава, а Лев из Одессы. Запись о Льве Исааковиче находим в адресной и справочной книге Одессы за 1910 год. Раздел Технические общества. «Уманский Лев Исакович ― секретарь отдела воздухоплавания и автомобильного дела».

Уманские из Подолии
Из записи 1901 г. в Новороссийске среди членов Еврейского молитвенного дома записан Уманский Бенцион Абрамович ― мещанин Подольской губ.
Уманские из Брацлава (Подолия)
Из очерка о Брацлаве, написанном В. Левиным и вошедшем в исторический путеводитель «100 еврейских местечек Украины» [41]:
1) стр. 176. «Бесплатная общая чайная и столовая» была устроена на деньги, собранные купцами З. Уманским, Н. Райгородским, Я. Солитерманом и другими. Она открылась уже 16 июня 1893 г. «в довольно удобном чистом каменном доме из четырех больших светлых комнат, находящемся в центре города». Ежедневно ее посещали от 400 до 500 человек, пятую часть которых составляли христиане. «Чай дается каждому из нищих бесплатно, а хлеб продается по одной копейке за фунт».
2) стр. 179. «Захват Брацлава местными бандитами в апреле 1919 г. положил начало непрерывной череде погромов периода Гражданской войны. Пользуясь отсутствием красноармейского гарнизона, отправленного на освобождение Гайсина от банды атамана Волынца, крестьяне, подстрекаемые священником и учителем, ворвались 7 мая в город и устроили кровопролитный погром, продолжавшейся два дня. Среди многих его жертв были члены известных в Брацлаве семей Солитерманов, Авербахов и Уманских».
3) стр. 181. «В 1921 г. в городе открылся детский дом (директор Уманская, 5 человек персонала), куда взяли 63 ребенка из семей, пострадавших от погромов».
От Елены Цвелик получены дополнительные сведения об Уманских из Брацлава Подольской Губернии: Гиль Уманский ― жил в Брацлаве до революции. По семейному преданию, Гиль был адвокатом. Янкель ― один из сыновей Гиля, купец 2-й гильдии. Женился на Фейге Ладыженской из Тирасполя. Был убит во времена погромов повстанцев в мае 1919 года.
Дочери Янкеля и Фейги: Либа (Люба) 1892 г.р. и Эмилия 1880 г.р. Эмилия вышла замуж за Герша/Григория Ворошиловского. Внучка Либы живет в Нью-Йорке. Сыновья Янкеля и Фейги: Симха/Сёма, Меер, Зема/Зиновий, Шепа/Александр. Сема женился на Хайке/Кларе из Ильинец и был убит во времена погромов; у него было 3 сына: Илья, Федя и Петя. Меер женился на Бране, у них было 2 сына: Яша и Сёма; Сёма живет в Израиле. Зёма/Зиновий (крещеный) служил офицером Белой гвардии в Новороссийске; в 30-е годы репрессирован, из лагеря взят в армию во время войны 1941–45 годов. В 1919 году прислал сестре Любе в Брацлав, который находился в состоянии непрерывного погрома, специальный вызов к нему в Новороссийск, благодаря которому спас ей жизнь. Шепа/Саша/Александр. Его первая жена Голда погибла в концлагере Печора; вторая жена, Клара родом из Бершади.
Из книги Елены Цвелик «Еврейская Атлантида» [42] о Самуиле (Миле) Уманском.

«В начале 1943 года бабушка с папой возвратились в Москву, папа закончил семилетку и поступил в пушной техникум. В 1945 году, после окончания войны, вернулся с фронта боевой офицер Миля Уманский, сын бабушкиной троюродной сестры, Розы Красноштейн и ее мужа, часового мастера Самуила, убитого петлюровцами в 1920 году в Жмеринке. Миля был красив, умен и талантлив. Помимо больших способностей к точным наукам, он прекрасно рисовал (его дочь, Надя, хранит несколько пейзажей и натюрмортов, нарисованных папой). Когда Миле надо было сдавать вступительные экзамены в военную Академию, он даже не посещал занятия на подготовительном отделении, а сдал все экстерном. До революции родные Мили жили в Брацлаве и процветали: у Мошко Вольфовича Уманского, были типография и книжный магазин, Вольф Шоелович Уманский служил частным поверенным. Госпожа Циля Уманская была акушеркой, Пинхас Лейбович Уманский имел лесной склад, Лейбиш Гершунович Уманский торговал мануфактурой, а дед Мили, Вольф Красноштейн, был преуспевающим виноделом. Миля родился через несколько месяцев после гибели своего отца и был назван в его честь».

Возлагаю большие надежды на дополнительные сведения и находки об Уманских из Таврической, Херсонской и Подольской губерний XIX– начала XX века, которые дадут возможность что-либо прояснить о родословной Эльки Исааковны Уманской, жившей с семьей в Перекопе с 1850 х гг. или ранее.

Вместо послесловия
Дорогие друзья, родные и читатели!
Ваша поддержка вдохновила меня продолжить исследования о генеалогии моих предков и побудила к написанию этой работы. Казалось бы, можно было поставить точку в моей работе [1], [2], но обилие нового материала, новых находок и восстановление связей с родственниками, их воспоминания, письма и фотографии не позволили мне молчать.
Думаю, что и в будущем появятся находки, позволяющие вносить коррективы. Как и многие авторы семейных историй, исследователи в области генеалогии, а также те, кто ищет свои корни, могу сказать, что фамильные саги, повествования, летописи не имеют завершения.

Выражаю глубокую признательность
― за публикацию моей книги в нескольких выпусках сетевого альманаха «Еврейская старина» Евгению Михайловичу Берковичу ― главному редактору и членам редколлегии сетевого портала «Заметки по еврейской истории»

― за помощь в сборе архивных материалов и всестороннюю поддержку:
Виктору Нафтуловичу Кумоку, Юлии Прокоп, Александру Содину, Дмитрию Пруссу, Елене Говор, Борису Финкельштейну, Льву Островскому, Елене Осиповой, Елене Цвелик, Дмитрию Широчину, Ирине Алексанян, Александру Нейману, Александру Бейдеру, Вере Назаровой, Елене Волк, Алле Песиной, Михаилу Машкевичу, Натальи Липман, Валентине Шклярник, Владиславу Могорычеву, Григорию Шпекторову, Сергею Аристархову, Леониду Пикману, Нине Голод, Роману Тункелю, Тамаре Левиной (Гурарий), Елене Бароновской, Хане Корчемной, Игорю Гайсинскому, Александре Пилецких, Дмитрию Журило, Константину Рефту и другим участникам портала «Еврейские корни».
― за воспоминания, письма и фотографии из семейных архивов моим родственникам:
Нинелю Григорьевичу Позину ― о семьях Стрельцис, Баскиных, Позиных и их потомках ветви Боград;
Александру Владимировичу Шенкеру ― о семье Вайнцвайг ― потомках ветвей Блох и Боград;
Арнессе Яковлевне Полоцкой (Темкиной) ― о семье Темкиных ― потомках ветвей Фельдман и Куперман;
Борису Арьевичу Каневскому ― о семье Каневских ― потомках ветвей Фельдман и Куперман;
Леониду Израилевичу Абрамскому ― о семьях Абрамских, Либерман, Сорокиных и их потомках ветвей Абрамских и Зайцевых
― за сведения о родословной семейства Боград из колонии Добрая ― линию Исаака Лейбовича Бограда (1869–1941)
Дине Семеновне Перлюк (Боград)
― за комментарии и внимание к моей работе:
Марку Фуксу и Елене Цвелик.
В написании этой работы меня продолжал поддерживать мой муж, Михаил Гиль.

Список литературы:
[1] «Боград, Блох, Фельдман, Куперман, Абрамские, Шаргородские.
200-летняя история моих предков (Документы, письма, воспоминания родных)», часть 1, Любовь Гиль
http://berkovich-zametki.com/2015/Starina/Nomer4/Gil1.php
[2] «Боград, Блох, Фельдман, Куперман, Абрамские, Шаргородские.
200-летняя история моих предков (Документы, письма, воспоминания родных)», часть 2, Любовь Гиль
http://berkovich-zametki.com/2016/Starina/Nomer1/Gil1.php
[3] https://obd-memorial.ru/html/, ОБД Мемориал.
[4] «Евреи Мелитополя», 1-й том. Авторы: В.Н. Кумок, С.В. Воловник, Мелитополь, Издательский дом МГТ, 2012.
[5] «Евреи Мелитополя», 2-й том. Авторы: В.Н. Кумок, С.В. Воловник, Мелитополь, Издательский дом МГТ, 2016.
[6] Боград Владимир Эммануилович
http://www.nlr.ru/nlr_history/persons/info.php?id=1513
[7] Государственный архив Израиля
http://www.archives.gov.il/en/
[8] «Кагалы тайные и явные: еврейские общины в воне 1812 года», Вениамин Лукин, 18 января 2018, журнал «Лехаим»
https://lechaim.ru/academy/kagaly-tajnye-i-yavnye/
[9] «Ветви моей родословной», Любовь Гиль ― Международный электронный журнал «МЫ ЗДЕСЬ», №163
www.newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=366
[10] Википедия https://ru.wikipedia.org/wiki/Липканы
[11] Об авторе марша «ПРОЩАНИЕ СЛАВЯНКИ» Якове Богораде https://shaon.livejournal.com/239702.html
[12] Захоронение Самуила Исааковича-Айзиковича Богорада, его жены и дочери Мирры
https://toldot.ru/life/cemetery/graves_63239.html
[13] Сталинская премия за 1948 г.
«Гусев, Владимир Николаевич, руководитель работ, Богорад, Исаак Яковлевич, Гусев, Николай Николаевич, Крыжановский, Павел Сергеевич, Шипулин, Павел Петрович, научный сотрудник НИИ № 13, — за изобретение и внедрение в производство нового метода обработки металлов». https://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/1872188
[14] Сайт «Подвиг народа»
http://podvignaroda.ru/?#tab=navPeople_search
[15] «Ветви моей родословной», Любовь Гиль ― Международный электронный журнал «МЫ ЗДЕСЬ», №164
http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=383
[16] «Между жизнью и смертью» Любовь Гиль, Международный электронный журнал «МЫ ЗДЕСЬ», № 364.
http://www.newswe.com/index.php?go=Pages&in=view&id=5100
[17] «Прогулки по Одессе…»
http://timer-odessa.net/statji/progulki-po-odesse-ulica-gde-zhili-uchenye-i-zhivut-koty-fotoreportazh.html
[18] «Вспомнить поименно», В.Н. Кумок
https://drive.google.com/file/d/1lBmTCcyePuG-_m8wAFW6E0PGyVcjaB8O/view
[19] «Обзор полицейских дознаний».
http://elib.shpl.ru/ru/nodes/27664gopbjf0000000090#page/1/mode/inspect/zoom/6 (стр. 586) (XIX-XX)
[20] «הם היו אנשים פשוטים» – «Они были простыми людьми», בת-עמי יוגב ― Йогев Бат-Ами, Герцлия, 1987 г. (книга написана на иврите)
[21] Сайт Якова Пасика «Еврейские колонии юга Украины и Крыма» http://evkol.ucoz.com/colony_kherson.htm
[22] Портал «Еврейские корни»
http://forum.j-roots.info/viewtopic.php?f=105&t=6348
[23] Портал «Еврейские корни»
http://forum.j-roots.info/viewtopic.php?t=54&start=518
[24] Анкеты эмигрировавших в Аргентину, 1894 год, лист 530
ГАРФ 102(6)-154а-238
[25] Сайт с записью переселенцев в Аргентину (стр. 78 ― Saitzeff)
https://kehilalinks.jewishgen.org/basavilbaso/pdf/BasavilbasoNameList.pdf
[26] «Вся Россия», издание А.С. Суворина, Т. 1, часть 4, колонка 901, 1900 год.
[27] Ревизские сказки Могилевского повета Подольской губернии, 1811 г.
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/1/10/ДАХмО_фонд_226%2C_опис_79%2C_справа_3508._1811_рік.
_Ревізькі_казки_міщан_та_селян_Могилівського_повіту_Подольської_губернії.pdf
[28] «Обзор полицейских дознаний», 1884 г.
http://elib.shpl.ru/ru/nodes/27655gopbjf0000000081#mode/inspect/page/1/zoom/
[29] «Обзор полицейских дознаний», 1887 г.
http://elib.shpl.ru/ru/nodes/24149-t-12-s-1-go-yanvarya-1887-g-po-1-e-yanvarya-1888-g-1888#mode/inspect/page/1/zoom/6
[30] ГАОО, Фонд 359: Одесская мещанская управа, Еврейский стол (Посемейные списки одесских мещан-евреев), 1893–1916.
Составили Лилия Белоусова и Татьяна Волкова в 1999г.
[31] Биологические науки, 4849. С.(Шулим-Лейзер) Моисеевич Шаргородский
http://uni-persona.srcc.msu.su/site/research/zajonchk/tom3_3/V3P34880htm
[32] «В борьбе за правду», Александр Парвус (ссылка 13 ― Самуил (Шулим-Лейзер) Моисеевич Шаргородский
https://iknigi.net/avtor-aleksandr-parvus/142137-v-borbe-za-pravdu-aleksandr-parvus/read/page-1.html
[33] Портал «Еврейские корни».
https://forum.j-roots.info/viewtopic.php?t=3692&start=160
[34] «История евреев Крыма», Дейнард, Книга 4 (на иврите), 1878–1879 гг.
[35] Списки жертвователей из Перекопа и Армянского Базара. Газеты «Гамелиц», «Гамагид»
http://www.jpress.nli.org.il/Olive/APA/NLI/?action=tab&tab=browse&pub=HMZ#panel=browse [36] Википедия, Умань
https://eleven.co.il/diaspora/communities/14213/ Википедия
[37] Газета «Гамелиц 18.2.1864»
http://www.jpress.nli.org.il/Olive/APA/NLI/get/pdf.ashx?pdf=dRtkboqayZjCRyIb0oGsuGM%3D
[38] «Обзор полицейских дознаний», 1881 г. Дело о еврейском революционном кружке в г. Одессе. Дело о хранении и рассылке революционных изданий.
http://elib.shpl.ru/ru/nodes/27663-gopbjf0000000089#mode/inspect/page/1/zoom/
[39] Списки из газет «Коль Гамевасер», «Гамелиц», «Гайом», «Гацефира» на иврите и идиш до 1897 г.[34] http://www.jpress.nli.org.il/
[40] Сайт familysearch.org
[41] «100 еврейских местечек Украины», выпуск 2, Подолия, авторы-составители В. Лукин, А. Соколова, Б. Хаимович, 2000 г., Санкт-Петербург.
[42] «Еврейская Атлантида», Елена Цвелик, Бостон, 2015. (стр. 34, 35)

Любовь Гиль: 200-летняя история моих предков и породнившихся с ними семей (документы, письма, воспоминания родных): 10 комментариев

  1. Л.Беренсон

    Дождался окончания.
    Непередаваемое впечатление от громадно масштабного, исторического, общенационально значительного, предельно достоверного, многосторонне важного исследования. А авторская личная заинтересованность только украшает стиль, придавая тексту лирическую искренность и вовлечённость. Никому не в обиду, но работа Любови Лазаревны — самое значительное явление такого(?) жанра, направления из известных мне на Портале.
    Я — измаильтянин, в моей старческой памяти всплыли фамилии Уманский, Шаргородский, возможно, в связи со сборами пожертвований в Керен Кайемет (бело-голубая копилка), чем активно занималась моя мама и что по достоинству оценили Советы в 40-м. Уточнить и проверить не у кого.
    По Харькову (в нём я жил с 1947 по начало 1989) почти все названные фамилии в разных обстоятельствах звучали, а Саша Боград преподавал зубопротезирование (конец 40-х — начало 50-х) в медучилище, где я работал. Возможно, у меня сохранилась и наша общая фотография. Поищу. Некоторые фамилии, из Вами упомянутых, по школе №27 мне хорошо знакомы, как и по мехмату ХГУ — девятью годами позже Вас и там (при Бульбе), и там (при Хоткевиче и Тарапове) училась моя дочь. А в Б-Ш университете одновременно с Вами работал проф. математики Генрих Рувимович Белецкий, коренной харьковчанин, как и В. Ткаченко. Всего Вам доброго и спасибо за дорогие сердцу страницы еврейской истории и документальной иллюстрации вклада наших соплеменников разные сферы российской жизни и, что особенно важно, в разгром гитлеризма.

    1. Любовь Гиль

      Дорогой Лазарь Израйлевич!
      Нахожусь под большим впечатлением, очень тронута Вашим потрясающим отзывом! Огромнейшее спасибо!

      Я давно уже знакома с Вашим творчеством, многое читала в «Новостях недели» еще с начала 90-х, а позже на этом сайте. Всегда рада встрече с Вашими произведениями.
      Да, мы с Вами дважды земляки. Не удивительно, что у нас немало общих знакомых. Конечно же, мне знакомы все, кого Вы перечислили. Ваша Статья о незабываемом Г.М. Донском в «Новостях недели»меня в свое время очень взволновала. Вы писали и о многих других хорошо известных мне харьковчанах, а я с удовольствием читала.
      Я — Ваш читатель и почитатель.
      С известными учеными — профессорами математики — Генрихом Рувимовичем Белецким и Вадимом Ткаченко имела честь работать в одном коллективе. Да, мир тесен!

      Низкий поклон и светлая память Вашей маме.

      Здоровья, творческого долголетия и всего самого доброго!

      Хаг Суккот Самеах!

      С глубоким уважением,
      Л.Л.Гиль(Шаргородская)

  2. Александр Ойзерман

    Уважаемая Любовь Лазаревна! Безупречный профессионализм генеалога и историка восхищает! Ваша Работа служит образцом серьезного подхода к исследованию семейных корней и должна быть с необходимостью рекомендована всем тем, кому важно сохранить для детей и внуков образы предков.

    1. Любовь Гиль

      Александр! Очень благодарна Вам за такой замечательный отзыв! Ваши слова вдохновляют! Тем более приятно, что исходят они от специалиста самого высокого уровня в области генеалогии.

      Здоровья и творческих успехов Вам в Новом году!

      С большим уважением,
      Любовь

  3. Alex B.

    «Боград, Блох, Фельдман, Куперман, Абрамские, Зайцевы, Шаргородские, Уманские, Стрельцис, Баскины, Позины, Вайнцвайг, Темкины, Гершкович, Каневские, Либерман, Сорокины…»
    «- Великое счастье, когда человек может гордиться своими предками, историей рода и конкретных людей…»
    Для такой гордости потребовалтся колоссальный труд. Мне, как читателю Портала, остаётся поблагодарить автора,
    Любовь Гиль, — за её труд и пожелать здоровья и хорошей Записи.

    1. Любовь Гиль

      Алекс! Сердечно благодарна Вам за теплые слова!

      Желаю здоровья, счастья, долголетия и хорошей Записи в Книге Жизни!

      Гмар Хатима Това!

  4. Inna Belenkaya

    У меня в руках старинная фотография, на которой мой папа со своими сестрами и братом и его родители: отец Мендель и мать Гиндя, т.е. мои дедушка и бабушка. Но что я знаю о них? Практически ничего. Я всматриваюсь в их лица, стараюсь в них что-то прочитать, домыслить, составить какой-то образ. И я очень вам завидую. Вы столько сделали, чтобы узнать о своих ближайших и далеких родственниках. А ведь это так согревает душу.

    1. Любовь Гиль

      Инна, большое спасибо Вам за теплый отзыв и внимание к моей работе!
      Фотографии предков — самое дорогое из того, чем мы владеем. Они призывают нас разгадывать их мысли, чувства, вехи жизни.
      Благодаря архивам и семейным преданиям мне удалось в определенных пределах установить родословную, но всё же осталось еще много белых пятен. Что говорить о бабушках, дедушках и пра…, прапра…, если даже о жизни родителей мы не всё знаем и теперь скорее всего никогда не узнаем.
      Как Вы правы — каждая новая находка действительно согревает душу.
      Гмар Хатима Това!

  5. Любовь Гиль

    Дорогая Елена!
    Большое спасибо Вам за прекрасный отзыв и высокую оценку моего труда.
    Дорожу Вашим словом! Оно вдохновляет. Очень ценю и люблю изучать Ваши произведения,
    публикации которых появляются с высокой частотой.
    Пусть Ваше творческое вдохновение не иссякает!
    Гмар Хатима Това!

  6. Елена Цвелик

    Макроистория — обобщение, а обобщения вырастают из частностей, то есть из жизни обычных людей, в большинстве своем незнаменитых. Микроистория — не статистика, где люди сведены к цифровому ряду, в котором исчезают лица и имена; это — жизни и судьбы тех, кого мы должны вернуть миру. Замечательная работа Любови Гиль, куда входит и последняя часть саги, опубликованная в «Старине» — это энциклопедия по микроистории и генеалогии. В ней прекрасно увязаны историческое краеведение и генеалогия, культурология и историческая география. Написанная ясным, живым языком, эта книга волнует, заставляет задуматься. Глубина исследования, скрупулезная точность и академически обработанный результат сбора данных позволяет признать работу Любови Гиль образцом жанра. Интересно все, тем более, что многое из написанного для меня было ново. Автор проделал поистине титаническую работу, чтобы узнать не только историю собственной семьи и передать ее детам и внукам, но и напомнить всем нам о наших корнях. Великое счастье, когда человек может гордиться своими предками, историей рода и конкретных людей.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

AlphaOmega Captcha Mathematica  –  Do the Math
     
 
В окошко капчи (AlphaOmega Captcha Mathematica) сверху следует вводить РЕЗУЛЬТАТ предложенного математического действия